Внимание!
URL
понедельник, 15 марта 2021
00:28
Доступ к записи ограничен
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра
URL
U-mail
Дневник
Профиль
пятница, 16 ноября 2018
22:58
upd
возможно, всё переделаем
из текста осталось:
- доделать про пейринги
- решить с ссылками
тык
Про группу:
Fall Out Boy - американская группа, сформировавшаяся в пригороде Чикаго из известного в местных кругах хардкорщика (Пит Вентц), его друга гитариста (Джо Троман) и музыкального нерда, мечтавшего стать барабанщиком, но судьба (Пит) сказала "пой" (Патрик Стамп). Чуть позже к ним присоединился барабанщик Энди Херли. Их первый альбом стал классикой поп-панка (от ассоциации с этим жанром группа не может отделаться до сих пор). Далее последовали еще несколько успешных альбомов с потихоньку отходящим от поп-панка стилем, много громких синглов, награды, туры и прочая красота. В конце 00-х группа выгорела и взяла перерыв на 3 с половиной года. В 2013-м Fall Out Boy вернулись с новыми силами, выпустили альбом с говорящим названием "Save Rock-n-Roll" и успешно существуют по сей день, продолжая выпускать громкие синглы, получать награды, ездить в туры и менять стиль. На данный момент у Fall Out Boy 7 альбомов, куча странных клипов, мировое признание и долбанутая фанбаза. Welcome.
2001-2005
*фото*
Рандомный факт: Название группы выкрикнули из толпы на одном из концертов, оно отсылает к
персонажу
из "Симпсонов". Чтобы не иметь проблем с авторским правом, группа решила называться Fall Out Boy.
Теги: поп-панк, раздолбанный фургон, первые фестивали, клип с мальчиком-оленем
2006-2009
*фото*
Рандомный факт: В группе четко разделены обязанности: Пит пишет все тексты, а Патрик почти всю музыку. Джо добавляет свои идеи к написанному Патриком, а Энди просто приходит и играет, потому что он слишком крут для этого дерьма.
Теги: эмо, клип с обезьянками, stage gay
2010-2012
*фото*
Чем они занимались в это время:
- Патрик полностью изменил стиль и записал альбом своей мечты
- Пит ударился в дэнс-мьюзик и заделал группу с ныне популярной Биби Рексой
- Джо и Энди создали группу с еще парой известных рокеров и пошли играть, собственно, рокъ
Теги: "да не распались мы!"
2013-2015
*фото*
Рандомный факт: Все в группе маленького роста, поэтому когда они стоят рядом, этого не видно. Но стоит подойти кому-то
еще...
Теги: хипстеры спасают рок-н-ролл, видео-альбом (до того, как это стало мейстримом), песня для всех клипов
2016-…
*фото*
Рандомный факт: Fall Out Boy - одна из немногих групп, где вокалист и солист это разные люди. Из-за этого многие считали,что песни поет Пит. После хиатуса Патрик поднабрался уверенности и солиста в группе теперь два.
Теги: ламы, жанрмертв, щеночки
А еще вам всё может рассказать Брендон Ури:
*Drunk History с субтитрами* (уже 2 варианта есть, оба кривоватые, могу сделать 3-й)
Участники:
Патрик Стамп
*фото*
На первый взгляд: кепки, бакенбарды, неуклюжесть и чрезмерная скромность до хиатуса, и очаровательная ромашка и не менее очаровательная плюшка после
Если присмотреться: музыкальный задрот, иногда немного контролфрик, too good for this world
Любит: музыкантов 80-х, играть на всех инструментах, писать музыку, говорить про музыку, учить языки
Пит Вентц
*фото*
На первый взгляд: громкий, хаотичный, герой сми, аттеншн-вхора, до хиатуса человек-эмо, после хиатуса человек-мем.
Если присмотреться: умный, внимательный, хороший бизнесмен, хороший друг. всё перечисленное общей долбанутости не отменяет
Любит: Тима Бертона, фильмы 80-х, трэшовую одежду, заниматься всем сразу, вставлять отсылки ВЕЗДЕ
Джо Троман
*фото*
На первый взгляд: безумный парень с копной волос, носящийся по сцене туда-сюда с открытым ртом; в остальное время выглядит так,словно ему на всё похер
Если присмотреться: человек-настроение, талантливый музыкант, за честность и против любых конфликтов, лучшее чю в группе
Любит: музыкальную технику, рок-н-ролл, пиво, травку, свою семью и собаку
Энди Херли
*фото*
На первый взгляд: суровый татуированный металлист, веган, стрейтэдж, качалка форева
Если присмотреться: всё то же самое+голос феечки, интровертность 80 lvl и боязнь высоты
Любит: не разговаривать на интервью, темные очки, кроссфит, Металлику, Звездные Войны, Капитана Америку
Один из самых известных мемов бандома (общее название фандома музыкальных групп) - Эмо Тринити. Помимо Fall Out Boy туда входят My Chemical Romance и Panic! At The Disco. Группы между собой дружны и в курсе, что их друг с другом ассоциируют.
Другие околофобные группы (или кого чаще всегоможно встретить в фанфиках вместе с ними)
Gym Class heros, Cobra Starship, The Academy Is..., Paramore, Twenty One Pilots.
Пейринги:
Питрик (Пит+Патрик) многослов
Троли (Джо+Энди) два слова
Джотрик (Джо+Патрик) два слова
Пит+Энди - знают друг друга с 15-16 лет, оба фанаты Металлики, "старшенькие", отлично сосуществуют на интервью
Патрик+Энди - два инстроверта, два барабанщика, Патрик считает Энди мудрым, Энди считает, что "Патрик кажется самым милым, пока вы его не узнаете"
Пит+Джо - два экстраверта, два любителя тупых шуток, правда Пит говорил, что Джо для него как младший брат, но кому когда это мешало
Питки (Пит+Майки Уэй) ?? он самый популярный в разделе "фоб+участники других групп", но писать-переводить по нему лично я не буду, хз, стоит ли упоминать тогда
Брендтрик (Патрик+Брендон Ури) оно... есть.
Фандом:
*табличка не влезай убьет*
Светлая сторона: картинкоблоги, фанфики на любой вкус, арты и фанвидео, мемы в огромном количестве.
Темная сторона: интриги-скандалы-расследования разной степени пиздеца, фандом на 75% состоит из людей 12-17 лет.
Ссылки:
(инстра-твиттер группы, инста-твиттер каждого участника (можно иконками поместить под досье каждого), мб основную группу вк)
Аватары и баннеры
URL
U-mail
Дневник
Профиль
Комментировать
Поделиться
среда, 18 февраля 2015
21:51
тексты R-NC-21 драбблы и мини
Название:
Застывшая ненависть
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Бета:
WTF Benjamin Linus 2015
Размер:
драббл, 929 слов
Персонажи:
Джек Шеппард
,
Бенджамин Лайнус
,
Джулиет Бёрк
Категория:
джен
Жанр:
ангст
Рейтинг:
R
Предупреждения:
графичное описание насилия
Примечание:
таймлайн начала третьего сезона
Примечание 2:
комната
на станции "Гидра", в которой Другие держали Джека
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Застывшая ненависть"
– Он просил передать, что зайдет, – Джулиет не нужно объяснять, кто «он». Это и так понятно. Она задерживается в дверном проходе: вдруг ответит? Но Джек лишь морщится и молчит.
Дверь закрывается с режущим уши скрипом. Джек снова остается один.
Многого он не знает. Слишком многим вещам он не может дать рационального объяснения и мучается, когда логика отказывается давать ответ. Но одно Джек знает точно: он не убийца. Он – хороший человек.
Действительно
хороший человек, а не как те самозванцы в их флере загадочности. Он поможет, он прикроет, он попытается соврать во благо – сделает все, чтобы спасти тех, кто доверился ему и навязал ответственность.
Однако это всего-навсего означает, что если Джек Шеппард все-таки решится на убийство – оно будет совершено исключительно в благих целях, чтобы помочь, спасти.
Лежа на холодном, мокром полу, покрытом склизкими наростами грибка, Джек закрывает глаза.
* * *
Джек – врач, и как никто иной понимает, насколько совершенно и одновременно уязвимо человеческое тело. Понимает, как легко можно было бы тогда, когда мнимый Генри Гейл только оказался в бункере – всхлипывающий комок с мутным от боли взглядом – заставить его заранее почувствовать все страдания, которые он позднее причинит.
Сначала Джек бы провернул стрелу в ране, как будто пытаясь вытащить, но помог бы, да, позволяя сначала поверить, что всё хорошо. Да, Генри из Миннесоты, мы верим твоей такой искренней лжи.
А подождав немного, чтобы рана только-только начала заживать – разодрал бы ее ногтями, сцарапывая коросту и пачкая пальцы в выступившей крови, совершенно не слыша просьб и мольбы. И начхать на Женевские конвенции – они имеют силу только в настоящей жизни. В абсурде Острова верховодит сила.
…это будет долгая, колючая, оглушающая боль. Недостаточно сильная, чтобы потерять сознание, однако этого хватит, чтобы превратить жизнь этого кукловода в чистилище. А потом к этому добавятся гангрена, синюшные отмирающие ткани и, возможно, столбняк.
* * *
Вздрогнув, Джек осоловело смотрит перед собой и, приподнявшись немного, отползает к стене, надеясь, что если он будет сидеть, сон его не сморит. Он замирает, прижав руки к груди, точно оберегая от стылой сырости тот маленький очаг тепла, возникший под ребрами, и оцепенение вязкими волнами постепенно охватывает всё тело.
* * *
Джек вполне отдает себе отчет в том, что у него даже сейчас достаточно оружия, чтобы убить Бена Лайнуса. Так, например, в этой комнате полно цепей. Захлестнуть такую вокруг горла и держать, пока не перестанет трепыхаться. Или шарахнуть по затылку, чтобы череп, треща, разошелся по швам. Нет-нет, он не ограничится обширной гематомой – он будет бить, пока содержимое черепной коробки не расплещется, окрашивая стены.
А можно схватить за шею, удерживая голову, и приложить о стол как раз так, чтобы ржавый угол пришелся по глазу.
Белок вытечет как вязкое мутное желе, и весь мир потонет в надсадных криках. Да, Лайнус будет кричать, о как он будет кричать, раздирая горло, чувствуя всю боль, которую причинил. Каждой клеткой кожи ощущая, как он виноват. Да, виноват! Во всем виноват! Все могилы на берегу – его вина. Гнилое дыхание раздора – его вина. Все темное, дурное существует только потому что еще жив этот заморыш с просвечивающими глазами.
* * *
Хрипло выдохнув, Джек передергивает плечами и начинает методично растирать их ладонями, мелко покачиваясь из стороны в сторону. У висков и на щеках копится лихорадочный жар, но тело мерзнет и не хочет двигаться. Веки точно залило клеем.
* * *
…Глаза как иллюминаторы толстого стекла. За ними плещется чернота, точно из глубин Марианской впадины, которая затягивает и не выпускает. Никого. Да, пока жив Лайнус – ни один не вырвется из сетей лжи, ни один не выберется из магнитного поля, которое излучает этот монолит обмана. Джек знает это так же точно, как знает, что должен вывести с Острова тех, кто доверился ему, даже если ему самому придется ради этого остаться здесь навеки. Его не удивит такой итог. У него нет сил на удивление.
Признаться, его не удивит даже, если во время светской беседы с Лайнусом, в камере появится отец. Это было бы даже… логично: ведь только отец сможет его здесь найти. Только отец улыбнется снисходительно – какой непутевый у меня сын, защитник сирых и убогих, едва отвернешься, а он опять влип в историю. И только его послушаются стальные цепи, ленивыми питонами свернувшиеся под потолком.
Когда ожившие металлические змеи, звеня, сдавят горло Лайнуса, Джек не поможет, нет. Отец исчезнет в душном облаке дыма, а Джек моментально забудет о клятве спасать жизни, голыми руками вывернет в обратную сторону пальцы, пытающиеся ослабить хватку цепей на горле, и с упоением будет смотреть, как тает осмысленность во взгляде. А затем ему будет уже ничто не страшно. Когда с треском просядет потолок, и стены двинутся навстречу друг другу, он не дрогнет. Черный дым забьет глотку густой смесью гари, копоти и злого торжества, и Джек, смеясь и кашляя, будет ждать, пока стены не размажут и его и Лайнуса в кровавую кашу.
* * *
…Шеппард сухо сглатывает и ненависть шершавым комом проваливается в пищевод. Нет, отец не найдет его здесь. Никто не найдет. Спина ноет от неудобной позы, от рифленого железа стены на коже остались вдавленные отметины (Джек их не видит, но знает, что они есть), но, услышав в коридоре звук шагов, он, превозмогая боль в мышцах, поднимается на ноги. Спугнутое тепло ускользает, и под шум крови в ушах, колючий холод сменяет зябкое забытье.
Опираясь о край стола (иначе горизонт немилосердно заваливается набок), Джек наблюдает, как Бен, повернувшись к пленнику спиной, закрывает за собой дверь, и искры бьют затекшие, онемевшие руки. Искры пронзают сознание. Вот он,
момент
. Беззащитный, не видит, отвернулся.
Сейчас. Сейчас, Джек!
– кричит все внутри него –
бросайся, бей, раздави, уничтожь!
Но дверь уже закрыта, стеклянные глаза Лайнуса снова смотрят на него в упор.
– Ну, как ты тут, Джек? – тоном доброго соседа спрашивает Бен.
Джек смотрит на него – долго, как будто и не узнавая вовсе – и ничего, ничего не делает.
Название:
Подарок судьбы (за который надо платить)
Переводчик:
WTF Benjamin Linus 2015
Бета:
WTF Benjamin Linus 2015
Оригинал:
this is a gift (comes with a price)
by
weatheredlaw
(разрешение на перевод отправлено)
Размер:
драббл (698 слов)
Пейринг/Персонажи:
Бенджамин Лайнус
/
Кейт Остин
Категория:
гет
Жанр:
ангст, PWP
Рейтинг:
R
Краткое содержание:
«Ты можешь уйти в любое время»
Примечания:
пост 6-й сезон
Размещение:
запрещено без разрешения автора
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Подарок судьбы (за который надо платить)"
Бен снится Кейт в кошмарах. В них он расчленяет её и раскладывает части по коробкам, которые становятся всё меньше и меньше. В его глазах пусто, а она совсем не чувствует боли. В туловище нет костей, под кожей нет нервов, но она ясно и отчетливо ощущает, как его руки грубо суют куски её тела в коробку за коробкой, пока, наконец, она не перестает себя видеть. Она просыпается, и в ушах звучит его голос.
Ты можешь уйти в любое время.
Один сон перетекает в другой. Иногда ей снится, что она на пляже вместе с Херли, наблюдает, как он копает яму в песке; смотрит, как Бен вытаскивает чьи-то конечности из расширяющейся дыры, пока земля не уходит из-под ног, и она не падает в эту яму; холодные пальцы утягивают её за собой. И он снова рядом, худое, измученное лицо совсем близко.
Ты можешь уйти в любое время.
Кейт просыпается раздраженной и начинает мерить шагами комнату; швыряет вазу в стену и вцепляется пальцами в волосы. Просыпается испуганный Аарон, и Кейт винит во всём Бена. А кого еще? Кого еще винить за каждый повторяющийся приступ ужаса, когда она снова и снова пытается снести стену коробок или отцепить мертвые пальцы от кожи? Закатное солнце скрывается за деревом, и Бен с лопатой на плече молча уходит, не оглядываясь, а её в это время утягивает под землю.
Смерть преследует её повсюду. Кэрол умерла в Январе, Клэр – месяц назад. Кейт не приходила на похороны. Аарон не понимал, откуда взялись эти женщины, и Кейт втайне надеется, что он даже счастлив, что они снова вдвоем. Она укладывает его спать, и всё становится как раньше.
Но её по-прежнему преследуют кошмары, стоит только закрыть глаза. Джек стоит на пляже, из его рта и живота, пачкая песок, течет кровь. Вдалеке стоит Бен, его глаза пусты, в руках – остатки растений и кожура от манго. Он бросает этот мусор в море, а потом вынимает оттуда рыбу.
Что-то умирает, что-то рождается,
говорит он, бросая рыбу за рыбой на песок, пока Кейт не начинает тошнить от запах гниющей чешуи. Она пытается убежать, и тут же просыпается.
Позже ей снится, что она в хижине, голая. Человек в черной одежде проводит рукой по её спине.
Джейкоб бы не хотел, чтобы так получилось.
Он выходит наружу, и все те, кого они похоронили, следуют за ним. Эко, пристав Марс , Ана, Шеннон, Бун. Джек замыкает линию. На пороге появляется Бен и смотрит им вслед. Затем поворачивается к ней, но смотрит не на её обнаженную кожу, а сквозь неё, сквозь окно и деревья, куда-то в другой конец света.
Грядет шторм. Тебе это пригодится.
Он вкладывает ей в ладонь пистолет и целует запястье.
Не потеряй.
Разворачивается, чтобы уйти, но она тянет его обратно.
Не уходи.
Меня здесь на самом деле нет.
Останься.
Он остается, и она отдается ему прямо на голом полу хижины; пыль оседает на её бедрах и икрах, на скулах и подбородке. Слезы оставляют дорожки на грязных щеках, и Бен вытирает их мозолистым пальцем. Он кончает, ногти впиваются в её руки, оставляя кровавые следы, которые она, возможно, увидит, когда проснется. Кейт выгибается и кричит, и плачет, и вцепляется руками ему в волосы, и шепчет снова и снова.
Останься. Пожалуйста.
Я здесь.
Он отстраняется. Кейт кивает, вытирая слезы с лица. Бен ложится рядом и целует её висок и щеки, проводит языком по зубам и кусает губы.
Спи. Когда ты проснешься, всё закончится.
Кейт прижимается к нему и закрывает глаза.
Когда она просыпается, её руки в крови, а в ладони зажат пистолет.
Название:
Вглядываясь в бездну
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Бета:
WTF Benjamin Linus 2015
Размер:
мини, 1245 слов
Пейринг/Персонажи:
Бенджамин Лайнус
, Рут, ОМП
Категория:
джен
Жанр:
ангст
Рейтинг:
R
Предупреждения:
жестокость
Краткое содержание:
Лайнусу необходимо уничтожить репутацию Чарльза Уидмора, чтобы добиться его изгнания с Острова. Ради этого он не брезгует ничьей помощью.
Примечание:
намек на кроссовер с «Person of Interest»
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Вглядываясь в бездну "
Квадратное подвальное помещение с обитыми кафелем стенами и потолком ярко освещено и выглядит почти как стандартная операционная в больнице – стерильная чистота, пара металлических шкафов по углам, посередине столик для инструментов и лекарств, функциональный стол для пациентов, который, при желании, можно превратить в кресло.
Бен стоит у входа. С выражением лица, как у энтомолога, разглядывающего под лупой любопытный экземпляр жука, не отводит глаз от голого мужчины средних лет, зафиксированного на операционном столе в положении полулёжа. Тот раздувает ноздри, зачем-то открывает и закрывает рот, шевелит пальцами правой руки. И выпученными глазами глядит на почкообразный медицинский лоток, что стоит на столике для инструментов. В лотке отрезанные мужские гениталии. Судя по марлевой повязке, прикрывающей его пах, он их бывший владелец. Человек в голубой медицинской униформе оборачивается к гостю, неторопливо снимает перчатки из латекса и небрежно бросает их рядом с лотком.
– Пойдем, покурим.
Из подвала ведут ступеньки, их ровно одиннадцать, Бен машинально отмечает это про себя, так, на всякий случай. По пути размышляет, зачем его пригласили именно сюда, в этот дом вблизи Вышеграда, рядом с излучиной Дуная, ведь изначально договаривались встретиться в Будапеште. Зачем устроили эту демонстрацию. Ведь не просто так. Возможно, чтобы показать, что случается, если обманешь, или предашь одного из самых опасных людей в Европе. Снаружи ни зги не видать; от реки пахнет сыростью, тиной и канализацией, голые скрюченные ветви деревьев тянутся из тумана, будто лапы химер. Бен слышит щелчок колесика зажигалки, и тут же на расстоянии вытянутой руки от него вспыхивает огонек, выхватывая из мрака словно бы куски асбестовой маски – щека, подбородок, часть носа. У Джезы Гереба черты лица будто смазанные, глаза непонятного цвета, ноздреватая серая кожа и широкий безгубый рот. На него обычно глядят со смесью брезгливости и любопытства. Бывает же – вроде бы людей Господь сотворил по своему образу и подобию, а некоторых слепил непонятно кто, непонятно из чего, из каких-то отходов – глянул на дело рук своих, ужаснулся и выкинул на помойку. А те ожили, назло создателю, и ходят среди людей, дышат одним с ними воздухом. Упыри. Вурдалаки.
Бен с самого начала глядел на Гереба с любопытством, не без опаски, но без тени брезгливости, может поэтому ему удалось подойти к Упырю ближе, чем кому бы то ни было. Гереб был невероятно полезен, таких как он, во всем мире функционировало, от силы, человек десять. Самые крупные держатели той валюты, которая ценилась куда дороже, чем доллар, евро, или любая другая денежная единица и даже бриллианты – информации. Способов добычи информации имелось множество, и не существовало тех границ, за пределы коих Гереб, и подобные ему, не вышли бы ради достижения цели.
– Угощайся.
Бен не видит, но угадывает, что ему протягивают открытую пачку сигарет. Досадливо морщится.
– Ты же знаешь, что я не курю.
В ответ слышится невнятное хмыканье; огонек сигареты тлеет в темноте, будто бикфордов шнур.
– Можешь представить, я ему перед этим двух шлюх оплатил. Чтобы не так скучал по своему хозяйству. Старались они на славу. Вот это было зрелище. Настоящее родео.
– Меня не волнуют твои развлечения, Джеза. Я тут по делу, сам знаешь.
– Экий ты скучный, Лайнус. Ты еще молод… Сколько тебе лет? Чуть за тридцать. А уже стал стариком.
– Просто у меня другие интересы. Ну, так у тебя что-то есть для меня?
– Мир уже не тот, что прежде, вот что я тебе скажу. То, как было раньше… Что и говорить. Компьютеры, интернет. Быстро, эффективно, но не надежно. Я обеспечу тебе доступ к аккаунту Уидмора на фондовой бирже. Но что ты будешь делать дальше – вопрос на миллионы долларов. Насколько я знаю, ты действуешь в одиночку, и положение у тебя шаткое.
Бен молчит некоторое время. Обдумывает. Джеза Гереб – настоящий садист и психопат, но к нему питает какую-то странную слабость и относится даже как-то… покровительственно. Хотя, иногда в его глазах мелькает нечто такое… Будто оценивающее. Упырю нравятся упертые, с высоким болевым порогом. С теми, кто быстро ломается и раскисает, скучно. То, что он увидел сегодня, это не предостережение, нет. Это проверка. Попытка напугать. Ломать человека начинают сначала морально, а уж потом физически.
Бен вздрагивает, будто от озноба, поводит плечами. Да – он на самом деле действует в одиночку, и все реально висит на волоске. И если, ради успеха операции, ему придется заигрывать с гремучей змеей, так тому и быть.
– Я так понимаю, – произносит он, кашлянув, – ты хочешь предложить мне помощь? Или это просто светская беседа?
Гереб вдруг оказывается к нему вплотную, нос к носу, обдав запахом табачного дыма и едкой смесью из лекарств и дезинфекции. Невероятным усилием воли Бен удерживается от того, чтобы не вздрогнуть и не отшатнуться. Глядит, не мигая, в черные провалы глазниц под выпирающими надбровными дугами.
Склонившись, Упырь почти утыкается носом ему в шею, шумно, по-звериному, принюхивается. Почти шепчет в ухо.
– Знаешь, хищнику достаточно учуять запах страха, и жертва обречена. Тут дело такое – ты или жертва, или хищник. И не от тебя это зависит, нет.
Бен не шевелится – стоит абсолютно спокойно и расслабленно. Из головы отчего-то не выходят маффины, которые он пек для Алекс пару дней назад. Круглые, золотистые, выстроившиеся на противне аккуратными рядами. С запахом ванили и корицы.
Отстраняется Гереб также внезапно, как и приблизился, произносит, уже совсем другим тоном:
– В Лондоне есть интернет-кафе «Паутина». Послезавтра, ровно в семь вечера. Не опаздывай. С тобой свяжутся и помогут. За деньги, разумеется. Все стоит денег.
* * *
Бен без дела сидит перед монитором уже около получаса. Ощущает себя полным болваном – еще немного, и на него начнут коситься. Вокруг, за соседними компьютерами, в основном, студенты из ближайшего колледжа, подростки, фанатеющие по компьютерным играм, и несколько человек постарше, по виду клерков, или биржевых брокеров. Он гипнотизирует белый курсор, монотонно мигающий на темно-синем экране, смаргивает, трет глаза. Глядит на часы, прикидывает – еще минут десять и можно вставать и уходить несолоно хлебавши.
Курсор внезапно оживает – буквы бегут по экрану ровной строкой.
«Здравствуй, Бенджамин»
Волна липкого, тошнотворного страха накатывает внезапно, будто отсроченная с момента визита к Упырю. Лайнус не в состоянии оценить свою реакцию адекватно, просто где-то на задворках сознания всплывает мысль, что там, на другой стороне, за темным экраном монитора, никого нет. Никого, кто хотя бы отдаленно был похож на человека. Не существует никакого ловкого хакера, рекомендованного Джезой, компьютер сам общается с ним. Компьютер знает о нем все – его имя, возраст, биографию; ему известны его планы, надежды и страхи, он знает даже про Остров. Бен вытирает внезапно вспотевшие ладони о штаны, пытается восстановить дыхание, очистить разум и сосредоточиться на поставленной задаче. Касается клавиш чуть подрагивающими пальцами, складывая буквы в слова. Переговоры длятся недолго; Бен, не торгуясь, соглашается уплатить требуемую сумму и передает необходимую для работы информацию. Осмелев, набирает на клавиатуре:
«Хотелось бы узнать ваше имя?»
«…: ) Можешь называть меня «Рут»
Иллюзия, что с ним разговаривает машина, рассеивается. Лайнус пытается представить себе человека, с которым только что общался. Скорее всего, это какой-нибудь доморощенный гений, из нового поколения головастиков, влегкую взламывающих сервера спецслужб. Он наверняка молод, щупл, носит очки и редко видит солнце. Что ж… Предложенная им работа все же полегче, чем взлом Пентагона, но выполнена она должна быть чисто. Так, чтобы ни у кого не осталось сомнений, что это именно Чарльз Уитмор пытается подорвать положение «Дармы» на рынке ценных бумаг.
***
В ту же минуту, когда Бенджамин Лайнус покидает клуб «Паутина», растворяясь в суете лондонских улиц, за сотни миль от Лондона, совсем молоденькая девушка, сидящая перед сразу несколькими мониторами в крошечной квартирке на окраине мегаполиса, вынимает изо рта леденец и по-кошачьи облизывается розовым язычком. Улыбается удовлетворенно и, поджав ноги, делает несколько оборотов на вращающемся офисном кресле. Новая работа как нельзя кстати – в её легкомысленной головке, увенчанной копной светло-каштановых волос, собранных в хвост, громоздятся поистине грандиозные планы. А на грандиозные планы всегда нужны деньги.
Название:
Пленник
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Бета:
WTF Benjamin Linus 2015
Размер:
мини, 2669 слов
Пейринг/Персонажи:
Джон Локк
/
Бенджамин Лайнус
Категория:
слэш
Жанр:
POV Локка
Рейтинг:
R – NC-21
Предупреждения:
наркотики, мордобой!
Краткое содержание:
описание и продолжение реально существующей сцены Лоста
Примечание:
ингредиенты наркотического афродизиака выдуманы, все неправда, не употребляйте наркотики
Примечание 2:
перед прочтением рекомендуется посмотреть приложенный отрывок из сериала
Размещение:
запрещено без разрешения автора
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Пленник"
видео
Я проснулся в его кровати. Односпальная, с железными поручнями и механической регулируемой спинкой — кровать инвалида, установленная сюда, видимо, после операции. Жесткая, неудобная, я тоже когда-то спал на такой. Печально все это, ведь мы с ним в чем-то даже похожи.
Бенджамин Лайнус? Мне бы очень хотелось узнать, что творится в его голове.
А я ведь запросто мог лечь и на диван, но вчера бухнулся в эту треклятую койку в приступе душевного мазохизма и самобичевания, будто наказывая себя за что-то физическим дискомфортом — я почему-то побоялся покопаться в себе, за что именно.
Мне снилось, что я за кем-то бегу, быстро, как только могу, но все равно недостаточно, чтобы догнать, и вдруг вспоминаю, что я парализован ниже пояса, — ноги подкашиваются, и я кубарем лечу по влажной после тропического ливня земле, по склону, тщетно пытаясь уцепиться скользкими от грязи руками за траву. Да, знаю, не надо быть профессиональным толкователем снов — нервы ни к черту, я растерян и окончательно запутался. Надо бы сходить на досуге поискать снотворное в медицинском отсеке.
* * *
Его кухня, холодильник. Последние два яйца, нет, вроде не испортились. Книжный шкаф — пристраиваю первую попавшуюся книгу рядом с глазуньей на подносе. Куда как спокойнее, если он будет читать, а не размышлять, уставившись в одну точку пустым взглядом. Пугающее зрелище, на самом деле, думающий Лайнус — это как бомба замедленного действия.
Спускаясь в подвал с завтраком для своего пленника, ловлю себя на мысли, что у него очень уютный дом, наверное, я бы так обставил свой, если бы мне было не плевать, ну или если бы был кто-то, для кого хотелось бы это сделать.
Отпираю замок. Если бы я не знал Лайнуса, подумал бы, что он сидел так всю ночь — прямая спина, руки на коленях, непроницаемое выражение лица; мы сканируем друг друга глаза в глаза несколько секунд. У нормальных людей где-то в этом месте как раз звучит: «Доброе утро».
Ставлю поднос ему на колени:
— Это последние два яйца.
Демонстративно кручу нож. Хоть мой пленник физически меньше и слабее, но верткости и хитрости ему не занимать.
Пока Лайнус теребит салфетку, я устраиваюсь напротив, оперевшись спиной о стену: люблю смотреть, как он ест. Не спрашивайте. Еще с тех времен, когда таскал тарелки Генри Гейлу, а не Бенджамину Лайнусу.
Парадокс: я постоянно или таскаю ему тарелки, или плетусь позади с сонмом вопросов и ничего не понимаю — это бесит.
И, конечно же, с книгой я не угодил.
— Почему ты перевел меня из комнаты отдыха сюда?
— Хотел держать тебя поближе к себе.
Я боялся, что Сойер закончит начатое и забьет его до смерти за свои старательно накопленные обиды, силой он был наделен явно в ущерб мозгам, а Лайнус был нам нужен.
Этот скользкий хмырь так невозмутимо жевал свой завтрак, будто находился не в воняющем сыростью подвале, а на веранде за чашечкой чая, поддерживая светскую болтовню. Я был почти восхищен им.
— А где другой пленник, Майлз, кажется?
Взгляд, гуляющий по стенам подвала, равнодушен, но я-то знаю, Бенджамин, что ты всегда врешь.
— Я думал, ты мне расскажешь, Бен, ты ведь сказал, что у тебя шпион на корабле.
Он перестал жевать и уставился на меня своими глазами-блюдцами почти с искренней жалостью:
— Я за тебя опасаюсь, Джон. Правда. Ты постоянно заходишь в тупик. Не смог найти нужное место, не можешь связаться с Джейкобом. Ты так отчаялся, что просишь меня подсказать, что делать дальше...
Стараюсь дышать ровно, у Лайнуса великий талант выводить людей из себя.
— Ну, как в старые добрые времена. Только в другой комнате заперли. А ты в растерянности, как никогда.
Натянуто улыбаюсь и контролирую свой голос:
— Я знаю, что ты затеял. Но это не сработает.
Но ЭТО не срабатывает как раз у меня.
— Отлично, Джон. Растешь на глазах.
Он уже откровенно издевается, и я чувствую, что если не уйду сейчас, то или разобью поднос о его голову, или подарю эту наслаждающуюся выражением моего лица сволочь Сойеру в качестве домашнего животного, и идет оно все к чертям.
— Закончил с завтраком? — Хватаю поднос с почти нетронутой едой и, выходя, успеваю разглядеть его физиономию.
Он доволен.
Если бы меня по какой-то невероятной причине попросили выбрать для Лайнуса, характерное изречение, то я бы остановился на «Скажи, где больно, и я ткну туда вилкой». Гроссмейстер в нащупывании самого важного и сокровенного, гуру в швырянии в морду собеседнику того, в чем тот панически боится признаться себе сам. Оператор, мастерски показывающий тебе — человеку, считающему себя морально устойчивым, социально правильным и выбравшим нужную сторону, какое ты на самом деле недалекое, жалкое и корыстное дерьмо.
Бенджамин Лайнус? Та еще сволочь!
Тарелка с подносом звонко ударяются о стену коридора, но недостаточно громко, чтобы принести мне хоть толику удовлетворения, и, расшвыривая осколки, я выбегаю на улицу, ставя точку грохотом входной двери. Лайнус единственный человек, которого я знаю, способный довести вполне уравновешенного меня до состояния исступленной ярости за фантастически короткий промежуток времени.
Я взял на себя ответственность за людей, вселил в них надежду, что могу что-то исправить, они признали мое лидерство, ждут от меня соответствующих решений, а я... Он прав, и это злит меня еще больше.
Отойдя недалеко в джунгли, чтобы подышать и успокоиться, я только заработал себе головную боль от влажного после дождя, тяжелого воздуха, в висках застучали молоточки, отбивая такт какого-то бравурного марша.
* * *
В больничном отсеке было прохладно, и мешанина медицинских запахов вытаскивала на поверхность тщательно спрятанные воспоминания о моей стерильной палате, скручивая желудок, как в далеком детстве перед кабинетом стоматолога. Где-то тут должен быть ибупрофен или, на худой конец, аспирин — переворошив кучу склянок, шприцов, бинтов и вывернув пятый по счету пластиковый ящичек, я зацепился взглядом за знакомое название на коробке: «Нетидрин». И аж присвистнул. Используемый во время хирургических операций для поддержания кровяного давления при анестезии, нетидрин был давно запрещен во многих странах из-за высокого содержания амфетамина. Тут-то он откуда?
В голове щелкнуло. Я сдул пыль с первой попавшейся ступки, выдавив в нее таблетки, растер их пестиком в порошок, высыпал в мерный конвертик, и прихватив ампулу бензетала, направился к себе.
Да-да, признаюсь — это был необдуманный и очень инфантильный поступок, но мне невыносимо хотелось сбить с него спесь, хотя бы ненадолго заставить потерять невозмутимость, хоть как-то вывести из себя и, чего уж там скрывать, унизить в отместку.
Голова прошла.
* * *
Я вытащил из его шкафа первую попавшуюся рубашку и с мелочной мстительностью скрутил в морской узел – Лайнус некомфортно чувствовал себя в неотглаженной одежде. Эта и еще несколько мелочей, выдающие в нем чистоплюя и педанта, очень меня веселили, я надеялся, что он будет раздражен. Докинув в комплект брюки и, наконец-то, добравшись до кухни, я выжал в высокий стакан четверть лимона, добавил воду, лед, сахар и высыпал содержимое припрятанного в кармане пакетика. Затем, отломив горлышко ампулы, отсалютовал ею в сторону подвала и завершил коктейль.
Признаюсь, я забавлялся. На тот момент все казалось мне довольно простым и относительно безобидным: накачать его моим «бодрящим» напитком и оставить одного, обеспечив на три-четыре часа незабываемым контактом со стенами и собственным воображением.
Спустившись к нему вниз, я положил чистую одежду на стул, пристроив рядом запотевший стакан.
— Переоденешься — оставь вещи у двери, я потом заберу.
— Спасибо, Джон.
Я не оправдываюсь, но надо было видеть, как он это сказал. Вложить в простую фразу столько снисходительной издевки… Понимая, что если дать сейчас волю эмоциям, будет только хуже, я молча вышел за дверь и, добравшись до комода, плеснул себе от души янтарной живительной влаги из графина.
* * *
На улице громыхнуло. От взрыва задрожали стекла, и я подскочил с дивана, чувствуя, как сердце почти пробивает грудную клетку. Подхватив дробовик, выбежал наружу – в пятидесяти метрах полыхал дом. Отовсюду сбегались заспанные люди, взбудораженные грохотом. Я помогал тушить минут двадцать, стоя в середине цепочки, передававшей ведра с водой, пока не замер, осененный мыслью: «Майлз!». Выйдя из ступора, поставил вместо себя Нила и бросился к дровяному сараю. Замок был взломан. Стул, на котором я держал его привязанным, валялся на полу в обрывках бечевки. «Он же почти заговорил!» Я пнул несчастную деревяшку со всей дури в стену, не получив ни малейшего удовольствия от вида отлетевших щепок. Меня обвели вокруг пальца, как десятилетку, устроили поджог, привлекли всеобщее внимание и спокойно вытащили его из сарая. Кто? О, тут не надо было долго гадать – люди Лайнуса… и я даже знаю, кто это все организовал.
Не помня себя от злости, я почти бегом спустился в подвал; руки дрожали, и замок долго не поддавался, выводя из себя еще больше. Лайнус с каким-то почти умиротворенным выражением лица сидел на железном ящике.
Я схватил его двумя руками за воротник и дернул на себя так, что он чуть не вылетел из своей рубашки. Персиково-оранжевой. Меня всегда немного настораживал его выбор одежды: отутюженные, как только что от профессиональной прачки, рубашечки тех цветов, которые, мягко говоря, пользуются наименьшим спросом у нормальных людей, сразу видно — псих. Даже теперь, в подвале, мятая, будто пожеванная не в меру ретивыми бульдогами, она была аккуратно заправлена в брюки и застегнута на все пуговицы... была секунд десять назад.
Расширенные от наркотика зрачки заняли всю радужку и казались черными дырами, я чувствовал, как бешено колотится его сердце, и злился. На себя, за то, что мелочно опустился до уровня Сойера и Саида в желании ответить кулаком на слово, на Лайнуса, спровоцировавшего меня на это, и еще на то, что я не понимаю — зачем.
Его мелко трясло, но он упорно улыбался мне в лицо, находясь в липких объятиях амфетамина. Меня просто скручивало изнутри от желания причинить физическую боль, унизить, сделать все что угодно, только бы стереть с этого лица выражение самодовольства. Голову кружило от незнакомого ощущения власти, силы и безнаказанности, что в сочетании со стаканом бурбона на пустой желудок вытащило на свет то, чего знать о себе вовсе не хотелось… и меня накрыло.
Я отцепил от мятого воротника сведенную в судороге правую руку, размахнулся и ударил его в лицо кулаком. Кровь из разбитого носа полилась по губам и подбородку, пачкая рубашку и наконец-то стирая улыбку, — понял, молодец, но меня это уже не могло удовлетворить. Я сгреб его за шкирку, как обоссавшегося котенка, и швырнул изо всей силы в сторону, он мявкнул, ударившись о стену плечом, и попытался неловко вытереть рукавом кровь. Отбив его руку, я сдавил шею, прижимая Лайнуса спиной к шершавой серой стене. Он совершенно нелогично уперся мне ладонями в грудь, даже не совершив попытки уцепиться в придушившую его руку, и отчаянно пытался разглядеть что-то за моей спиной. Я видел, что ему не по себе и что причина этому не я. Приемлемая доза для каждого своя, а тут я прикидывал на глаз – видимо, ошибся. Наркотики в неправильных дозах не очень приятная штука, знаете ли.
Он был очень близко, напуганный, я чувствовал исходящее от него тепло, а упирающиеся в меня ладони, казалось, прожгли уже насквозь до лопаток. Волосы на макушке Лайнуса топорщились так же, как у того парня из колледжа, с которым в юности мы до тянущей боли в яйцах целовались в подсобке лаборатории. Точно такая же ямочка на подбородке — воспоминание было настолько неожиданным и ярким, что я почти ощутил запах химикатов и услышал легкое позвякивание пробирок в шкафу, к которому я его тогда прижимал.
Оправдав себя тем, что этого человека столько били, что обычный мордобой не возымел бы нужного мне эффекта, я дернулся вперед и с силой прижался губами к его разбитому рту. Лимон и металлический вкус крови… я провел языком по нижней губе Бена, ощущая каждую шершавую солоноватую ранку. Наверное, как раз в те секунды он перестал быть для меня Лайнусом, пока я еще силился понять, что же пошло не так, потому что в следующее мгновение он вдруг ослабил давление рук, разомкнул губы, и мой язык своевольно скользнул в его рот. Все мои намерения, ярость, обида и здравые мысли обсыпались с меня на пол, как известь со старого дома, в который на полном ходу врезался грузовик. Я резко втянул воздух, почувствовав, что Бен чуть заметно отвечает мне, и еще сильнее прижал его к стене. Очерчивая каждый зуб языком, я дурел от осознания того, что он больше не отталкивает меня, а руки хаотично сминают мою футболку. Бен еле слышно застонал, и этот тихий звук прокатился по моей спине россыпью мурашек, заставив член болезненно напрячься в жажде более тесного контакта, и Мой Личный Кошмар, словно прочитав мысли, стал медленно оседать на пол, увлекая меня за собой.
С ним было все понятно – коктейль бензетала с нетидрином, известный среди клубной молодежи 70-х как «сексовуха», не оставлял особых вариантов для насущных желаний, зато расширял круг приемлемых партнеров почти до бесконечности, но я то был чист, алкоголь не в счет. Неужели весь этот развлекательный, как я поначалу считал, план мести — не что иное, как прикрытие моих истинных желаний и мотивов? Или просто Бенджамин так напомнил мне того самого злополучного Стэна, а у меня слишком давно никого не было… Бен резко оборвал мои сумбурные попытки анализа, просунув руку мне под футболку, я вспотел, и это делало скользящими движения мягких подушечек его пальцев по углублению позвоночника.
Он целовал меня, уже не сдерживаясь, царапая двухдневной щетиной (я боялся давать ему бритву), а я был слишком растерян, чтобы вести. Перевернув меня на спину и тесно прижавшись, Бен начал медленно тереться пахом о мое бедро, я чувствовал его возбуждение и уже не различал, целует он меня или кусает.
Это все было так дико и нереально, что если бы не моя память и стеклянные глаза моего мучителя, я бы уверил себя, что это бредовый сон; все что я мог – это обнимать его и силиться не застонать, опасаясь спугнуть. Движения Бена стали более настойчивыми, но невозможность достичь таким образом желанной разрядки заставила его пересмотреть уместность нашей позы, а меня – обнаружить, что у моего удивления есть вторая стадия. Он резко потянул меня на себя, переворачиваясь, поймал мою руку и прижал к своему гульфику. Я почти машинально сжал член через грубую ткань, чем извлек из Бена несколько интригующих звуков, которые припрятал в глубину своей памяти, чтобы достать их на свет, когда останусь один в дУше.
Балансируя на грани благоразумия, я честно попытался спросить: «Бен, что ты делаешь?!», но меня хватило только на первую четверть фразы, да и то мое «Бе-е-ен» было всего лишь тихим выдохом в ухо. То ли его затуманенный взгляд в упор, то ли то, как он кусал свою нижнюю губу, а может быть, бедра, которые он откровенно приподнимал, касаясь моей руки… я сдался. Прислонился к его влажному лбу своим, просунул руку под ремень, под резинку трусов и обхватил его ладонью, Бен задохнулся и дернулся мне навстречу.
Я гладил его пальцами по всей длине, обводя головку, слегка сжимая у основания так, как нравилось мне самому. Движения руки были ровными – вверх — воротник его рубашки пах хлопком и цветочным ополаскивателем — и плавными – вниз, оставляя ртом мокрую дорожку, я поднимался по шее к скуле, от нее к мочке уха. Вверх — его рваное жаркое дыхание мне в плечо, вниз – я чувствовал губами, как пульсирует вена на его виске. Бен, уже не сдерживаясь, стонал, устремляясь к моей ладони, и я терся в такт о его ногу. Почувствовав, как подобрались его яички, я усилил давление и стал богаче на парочку отличных синяков на предплечье, в которое он судорожно вцепился рукой, широко распахнув глаза. Напрягся, выгнувшись дугой, и я получил горячее и липкое подтверждение реальности этого вечера, пока он, дрожа и дергаясь, толкался мне в руку, кончая.
Мне не хватило до оргазма совсем немного.
Секунд через десять Лайнус отпихнул меня, откатившись в сторону, выравнивая дыхание, оставив меня корчиться на полу и скрипеть зубами от болезненной пульсации в паху — я с трудом соображал, что происходит.
Он смеялся.
Неимоверным усилием воли подавив свои очень дискомфортные ощущения, я недоуменно уставился на него.
— Джо-он, ты сегодня переплюнул сам себя в демонстрации своего прискорбного скудоумия. — Я уже ничего не понимал, Бен был абсолютно адекватен. — Знаешь, совет на будущее: лимоны плохо маскируют горечь амфетаминов, имбирь подошел бы куда лучше.
Он светился неподдельным триумфом. Я встал на четвереньки и, держась за стену, медленно поднялся на ноги, пытаясь проглотить вставший в горле ком. Слова «злость» и «унижение» не способны до конца отразить мое состояние – я был раздавлен. Моя рука была перепачкана его спермой, лицо расцарапано щетиной до красных пятен, а душа растревожена ощущением его теплого твердого тела в моих руках. Мразь.
Ненавижу.
Лайнус улыбался.
— Даже если бы я и удосужился обратить на тебя внимание, Джон, ты его явно не заслуживаешь. Спасибо, что развлек меня, не смею тебя больше задерживать. – Он кивнул на дверь, завершая эту подвальную аудиенцию хозяином положения.
Я бы зааплодировал, не будь мне настолько паскудно. До него всего шаг, который я и сделал, изо всей силы пнув этого сукиного сына в живот.
Бен Лайнус? Да чтоб он сдох!
код
<div align="center"><a href="http://wtfcombat2015.diary.ru/?tag=5210816"><img src="http://imageshack.com/a/img540/2145/4cypSZ.gif"</a></div>
URL
U-mail
Дневник
Профиль
Комментировать
Поделиться
вторник, 10 февраля 2015
23:38
челлендж, пост 3 + список
челлендж 3 - готово
WTF Benjamin Linus 2015
"Бати Лоста" фандомная аналитика от 2001 слова
"Руководство по подготовке к попаданию на Остров" текстовой неформат
"Генри Гейл" перевод песни
"Бен" фанмикс
"Делай меня живым" фанмикс
"Джон" фанмикс
"The Losties, In..." перевод стрипов
"Wallpaper Circles" обои для рабочего стола
"Заметки" сет аватар
"Сет анимированных аватар" сет аватар
"Выбери меня" сет аватар
"Знаки" сет аватар
"Знаки-2" сет аватар
"За кадром" сет аватар
"Будни Лайнуса" сет пирожков
"Знакомьтесь, Бенджамин Лайнус" сет порошков
"Лого Oceanic airlines" схема для вышивки крестиком
"Лого Dharma" схема для вышивки крестиком
"You're in the DHARMA Now" хэндмейд, вышивка
"Женихи" вылупляшки
Название:
Будни Лайнуса
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Форма:
сет пирожков
Пейринг/Персонажи:
Бенджамин Лайнус
,
Джулиет Бёрк
,
Джон Локк
,
Джек Шеппард
Категория:
слэш, джен, гет
Количество:
6+бонус
Жанр:
юмор
Рейтинг:
PG-13
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Будни Лайнуса"
текстовой вариант
я помню чудное мгновенье
передо мной явилась ты
поела мяска нахаляву
и не пустила в книжный клуб
я вас любил чего же боле
что я могу еще сказать
могу вас проводить к оврагу
и покричать что вы моя
о сколько мне открытий чудных
готовит падающий борт
пучок статистов пара важных
и мой грядущий командир
ты как-то вешаешься криво
не драматично как дурак
и раз уж я гулял тут мимо
то помогу тебе давай
отличный отпуск в оружейке
прилично высыпался ел
обдумывал на квартал планы
и карамазовых читал
давай же джек я наготове
разделся весь лежу и жду
когда ты сильными руками
убьешь болезнь в моей спине
бонус:
дай джек на счастье лапу мне
такую лапу не видал я сроду
и тут пощупай где-то на спине
какую-то я подхватил невзгоду
Название:
Знакомьтесь, Бенджамин Лайнус
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Форма:
сет порошков
Пейринг/Персонажи:
Бенджамин Лайнус
, фоном прочие лостовцы
Категория:
джен
Количество:
9
Рейтинг:
R
Краткое содержание:
все что вы хотели знать о Бене, но стеснялись спросить
Предупреждения:
мат и сплошная правда
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Знакомьтесь, Бенджамин Лайнус"
у бена есть двойное хобби
бесить людей и убивать
еще талантливо он профи
поврать
рубашки носит бен большие
в штанах стесненья нет вообще
и забывает он о нижнем
белье
бен папа очень строгих правил
бойфренду алекс было лихо
в могилу папа чуть не сплавил
тихо
вот лайнус улыбнулся криво
аж до мурашек пробрало
как прилетело мне дубиной
в ебло
мечтают бена все ударить
связать пихнуть и в морду дать
а лайнус рад что все по плану
опять
хочет бен любви пресветлой
ведь он в сорок одинок
вдруг свалился прямо с неба
джон локк
он терпеливый добрый лысый
и с ножами взгляд хитер
лайнус взвесил вот мой милый
партнер
генри гейл в подвале связан
пол бетонный рожа в кровь
а в глазах у локка только
любовь
вот сойер в клетке уидмор с пулей
в петле болтается джон локк
так бен провел всем заебавшим
урок
Название:
Лого Oceanic airlines
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Форма:
схема для вышивки крестиком
Категория:
джен
Рейтинг:
G
Исходники:
ссылка
Примечание:
тип нитки - Anchor; количество стежков на см - 6,3; размер - 10х10 см; 10 цветов
Примерный результат:
ссылка
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Лого Oceanic airlines"
Название:
Лого Dharma
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Форма:
схема для вышивки крестиком
Категория:
джен
Рейтинг:
G
Исходники:
ссылка
Примечание:
тип нитки - DMC; количество стежков на см - 7,1; размер - 10х10 см; 6 цветов
Примерный результат:
ссылка
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Лого Dharma"
Название:
You're in the DHARMA Now
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Форма:
хэндмейд, вышивка
Персонажи:
DHARMA Initiative
Рейтинг:
G
Для голосования:
#. WTF PoI 2015 - работа "You're in the DHARMA Now"
Универсальное использование:
Название:
Женихи
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Форма:
вылупляшки
Персонажи:
мужики из LOST
Категория:
джен
Рейтинг:
G
Количество:
9 шт.
Примечание:
вылупятся 23 февраля
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Женихи"
код
<img src="http://i1371.photobucket.com/albums/ag318/fandombenjaminlinus/losthusbends/husb1.png">
код
<img src="http://i1371.photobucket.com/albums/ag318/fandombenjaminlinus/losthusbends/husb2.png">
код
<img src="http://i1371.photobucket.com/albums/ag318/fandombenjaminlinus/losthusbends/husb3.png">
код
<img src="http://i1371.photobucket.com/albums/ag318/fandombenjaminlinus/losthusbends/husb4.png">
код
<img src="http://i1371.photobucket.com/albums/ag318/fandombenjaminlinus/losthusbends/husb5.png">
код
<img src="http://i1371.photobucket.com/albums/ag318/fandombenjaminlinus/losthusbends/husb6.png">
код
<img src="http://i1371.photobucket.com/albums/ag318/fandombenjaminlinus/losthusbends/husb7.png">
код
<img src="http://i1371.photobucket.com/albums/ag318/fandombenjaminlinus/losthusbends/husb8.png">
код
<img src="http://i1371.photobucket.com/albums/ag318/fandombenjaminlinus/losthusbends/husb9.png">
код
<div align="center"><a href="http://wtfcombat2015.diary.ru/?tag=5210816"><img src="http://imageshack.com/a/img673/2475/Wy6zj9.gif"</a></div>
Часть 1 | Часть 2 | Часть 3
URL
U-mail
Дневник
Профиль
Комментировать
Поделиться
23:38
челлендж пост 1
челлендж 1 - готово
Название:
Бати Лоста
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Форма:
фандомная аналитика от 2001 слова
Размер:
2057 слов
Рейтинг:
PG
Краткое содержание:
топ-5 самых "лучших" отцов за историю сериала
Предупреждения:
спойлеры к событиям сериала
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Бати Лоста"
Итак, если вы на Острове – у вас очевидно проблемы. И не только в том, что вы застряли на безымянной широте на неизвестной долготе у черта на рогах, в обществе белых медведей, презревших границы ареала, кабанов совести, неопознанной тучки-тучки-вовсе-не-медведя и прочих исчадий мысли сценаристов.
Очевидно то, что у вас трудное прошлое – других людей на Острове попросту оказаться не может. Он как магнитом притягивает обиженных и потоптанных жизнью. А в особенности – тех, в чьей жизни участвовали бати.
Бати – это источник всех проблем их несчастных чад, да и окружающих, зачастую, тоже. И не надо их путать с отцами и папами – это люди совсем иного рода. Бати несут разрушение и отчаянье – каждый в зависимости от своих возможностей и степени гадостности натуры – и мы, наученные горьким опытом любимых персонажей, решили составить список, чтобы вы имели представление о том, что такое
осень
батя.
Итак.
Топ-5 бать Лоста.
5. Бен Лайнус.
Про него можно сказать – «ты пытался». Бен, сам росший у того еще бати-пьяницы, действительно пытался быть самым лучшим в мире папой для Алекс, которую… украл… ну, украл среди ночи… у ее сумасшедшей матери… угрожая пистолетом… с кем не бывает, правда?..
Но, да, он
пытался
, и это выгодно выделяет его на фоне других опасных бать. Он был милым и пушистым и, судя по фотографии счастливых Алекс и Бена, которую тот держал на рабочем столе у себя в кабинете, долгое время все было прекрасно.
Ровно до тех пор, пока Алекс не решила, что вон тот мальчик Карл очень милый и что ходить с ним смотреть на звезды тоже очень хорошо. Это удивительным образом совпало с болезнью самого Лайнуса, а также падением самолета, появлением в лагере Других пассажиров рейса 815 и началом разрушения всех привычных порядков и устоев. Всё правильно говорят – беда не приходит одна.
Правда, когда Бен решает проблемы в своем фирменном стиле, толк иногда и выходит (увещеванием и манипуляциями ему таки удалось заставить Джека провести операцию), но иногда получается только хуже. Застеснявшись и не сумев найти подходящих слов, Бен не смог объяснить дочке, что на Острове прогулки под луной при отсутствии средств контрацепции могут закончиться летальным исходом. Вместо этого он попросту посадил незадачливого Карла в клетку, а потом принялся форматировать бедняге мозг циркулем. А Алекс почему-то не только не поблагодарила батю за заботу, но и взбунтовалась и начала творить анархию в лагере.
Закончилось все плачевно, хотя независимый судия в лице Дымка и признал, что Бен в смерти дочери повинен не был – сам Бен в этом явно сомневается, и, наверное, до конца дней своих будет корить себя за все то, что не сделал и не сказал. И вряд ли одного умелого хирурга окажется достаточно, чтобы собрать потрескавшееся сердце мистера Лайнуса. Так что Бен в дополнение к пятому месту в нашем топ-5 получает звание «Невезучий Батя».
4. Мистер Ву-Джунг Пайк
Корейские мафиози суровы и скрытны, так что о мистере Пайке известно крайне мало. С первого взгляда он производит неприятное впечатление, а в дальнейшем все опасения оправдываются в полной мере. Пайк – этакая корейская версия Чарльза Уидмора (о нем позже). Пожалуй, только он может составить Уидмору конкуренцию по количеству черных делишек и по силе ненависти к избраннику дочери.
Свою единственную дочь Сун мистер Пайк искренне любит и желает ей исключительно добра, но, как обычно бывает с батями, по-своему. Так, мистер Пайк мечтал, чтобы Сун вышла замуж за богатого и богемного жениха, но что-то пошло не так, и сердце Сун покорил прекрасный рыбак Джин Квон.
В попытках разрушить брак, мистер Пайк заставил жениха дочери по-черному работать на черной полукриминальной работе, посылая Джина точно Федота-стрельца – найти-привезти-убить. В итоге из Джина едва не получилась менее авторитетная копия мистера Пайка: к началу сериала Джин почти на 42% состоит из сурового взгляда, на 27% - патриархальности, 23% - ревнивости и 16% - скрытности.
Однако наследственность – дело хитрое, и беда к бате пришла, откуда он её никак не ждал – в лице собственной дочери. Растеряв на Острове всю застенчивость и послушание, которые и до крушения болтались на соплях, Сун после возвращения на большую землю заявилась к папаше в офис, сообщив радостную весть о том, что выкупила контрольный пакет акций его компании, поэтому отныне батя ей окончательно не указ. И остался мистер Пайк у разбитого корыта.
3. Кристиан Шеппард
Высококвалифицированный хирург, признанный авторитет, добрый папа, самоотверженно помогающий сыну найти свой путь в жизни… стоп, нет, ошибочка - последний пункт точно не про него. Кристиан Шеппард – это батя с зашкаливающим ЧСВ, сын которому нужен, судя по всему, только чтобы тренироваться произносить перед ним мудрости, учить «жызни» и повышать собственную самооценку за счет понижения самооценки Джека Еще-Одна-Песня-Никельбек Шеппарда.
И хотя Кристиан действительно был заслуживающим уважение хирургом – это он благополучно спустил в унитаз. Или, говоря высоким слогом, утопил в бокале мальвазии. Или виски. Или вина. Словом, любого мало-мальски алкогольного напитка. Предложи ему стакан мутного самогона, который пьют герои «Деревни Дураков», – за неимением альтернативы выпьет и спасибо не скажет.
Во время одного из пьяных залетов в Австралию Шеппард-старший умудрился организовать местной гражданке Литтлтон маленькую дочку. Причем даже по отношению к ней умудрялся проявлять батю – например, пытался встретиться (а много ли было бы Клер счастья от такого папаши?..). В итоге Кристиан попросту сыграл в Дарта Вейдера, потому что я-же-твой-отец, и слинял на бледном коне обратно в Лос-Анджелес, ведь он еще недостаточно испортил жизнь Джеку.
Однако в какой-то момент Джек смог пойти наперекор ошалевшему от безнаказанности и C2H5OH бате и, вспомнив о клятве Гиппократа, настучал на отче своего за то, что тот едва не убил пациента, проводя операцию в пьяном виде. Горя желанием отомстить за несправедливо загубленную карьеру, Кристиан торопливо свалил в Австралию, в обществе отставного полицейского Аны-Люсии нашел там немного приключений на свою заспиртованную шею и завершил месть, торжественно скончавшись.
При этом, презрев законы логики, даже после своей смерти служит источником проблем. Так, например, наотрез отказывается быть похороненным, в том числе и в альтернативном таймлайне (а при падении на Остров рейса 815 взял и слинял из гроба). И – будто этого мало – является в виде коллективных галлюцинаций всем, кто только оказывается поблизости.
Кристиан Шеппард получает третье место, а на его бронзовой медали мелким шрифтом выгравировано: «Батя был пьян, фокус не удался».
2. Чарльз Уидмор
Если бы мы составляли рейтинг на основе пагубного влияния бати на все происходящее вокруг, без сомнения победителем стал бы Чарльз Уидмор – внезапный как Люцифер владелец заводов, газет, пароходов, самолетов и наемных армий, некогда выгнанный с Острова и упорно пытающийся туда вернуться (на что Остров отвечает «nope»). Однако основным критерием в топ-5 бать является обращение с отпрысками, так что мистер Уидмор вынужден удовольствоваться вторым местом.
У него темное прошлое, в котором не обошлось без финансовых махинаций и пары-тройки алмазных копей Кот-д-Ивуара – иначе как бы он сколотил такие деньги, проведя столько лет на Острове? Между делом, кстати, успел не только жениться и обзавестись дочерью, но и заделать маленького сообразительного ребенка, в жизни которого участия не принимал, пока мальчик неожиданно не превратился в толкового ученого – а именно, Дэниэла Фарадея. Тогда расчетливый батя под видом благодетеля и спонсора отправил Фарадея на Остров – должен же хоть кто-то там иметь представление о перемещениях во времени и физике.
Основную же долю заботы и любви получает Пенелопа Уидмор. И хотя Уидмор – батя таки заботливый, забота у него весьма своеобразная, поскольку смысл жизни по Чарльзу Уидмору делится на две вещи и одна из них: не дать дочери выйти замуж за «этого никчемного чудака» (Десмонда Хьюма). Ну а вторая – отомстить Бену Лайнусу за все хорошее. А поскольку все дороги ведут на Остров – «никчемный чудак» оказался на том же Острове, что и Лайнус, и число проблем сразу же удвоилось.
Среди прочего, Уидмор едва не допустил гибель собственной нежно любимой дочери. А все потому что его наемник пристрелил дочку Бена Лайнуса, и какое-то время спустя между ними состоялся следующий диалог.
Уидмор: Ты убьешь меня?
Лайнус: Лол нет, старый придурок, око за око, дочь за дочь.
Уидмор: Дане.
Лайнус: Дада.
И, судя по всему, Уидмор до последнего надеялся на то, что пронесет, потому что Лайнус действительно взял пистолет и отправился убивать (Пенелопу спасло только вмешательство супруга – Десмонда). Точно также Уидмор просчитался и в том, что ему стоило снова возвращаться на Остров, потому что жизнь его там трагически оборвалась (не без вмешательства нашего любимого Лидера), причем дорогая дочь вряд ли скорбела о нем долго (если скорбела вообще).
1. Батя Локка – как там его звали?..
Золотую пальмовую ветвь, шоколадную медаль на шею и звание «Худший Батя» получает Энтони Купер, сменивший столько имен, что сам уже все не помнит.
Жулик и манипулятор, Энтони Купер – самая зловредная из реинкарнаций Остапа Бендера. Имей кто из нас на это право (то есть докторскую степень по психологии), мы бы с вероятностью в 108% вынесли бы Куперу диагноз «психопат», потому что совести он, по всей видимости, лишен начисто. Так, он не обнаруживает ни малейших следов раскаянья, даже когда смотрит в глаза человеку, чьим смыслом жизни было найти Купера, чтобы отомстить за смерть родителей.
Послужной список Купера лишь подтвердит нашу догадку. Начнем с того, что основным хобби нашего бати является портить жизнь собственному сыну, Джону Локку.
Бросить сына еще до его рождения? Легко. Задружиться с этим самым сыном, только чтобы отобрать у него почку, а потом сбежать в закат? Раз плюнуть. Симулировать собственную смерть и тайком явиться посмотреть на похороны? Снова и снова обманывать дражайшего сыночка, кидать на деньги и всячески портить тому жизнь? Выбросить сына из окна и сделать инвалидом? «Живешь только раз» - говорит Энтони Купер, и продолжает идти по жизни, танцуя, и оставляет за собой след из разбитых сердец, надежд, карьер, словом, всего, что только можно разбить и испортить.
Среди прочих испортил жизнь еще и юному Джеймсу Форду, впоследствии более известному как Сойер, за что в итоге и был беспощадно выпилен им же, потому что у Локка, несмотря на все причиненное ему добро, рука не поднялась решительно батю придушить.
Однако надо сказать, что в этой жизни мистер Купер явно не получил по заслугам – надеемся, что в Аду его ждет достойный, теплый прием.
0. Мать твою, Фарадей! Ну у тебя и мать! – Элоиз Хоукинг
Она не попадает в хит-парад бать хотя бы потому что у нее две одинаковые хромосомы, а посему она – мать. Но Элоиз Хоукинг по кличке «Бапка» бесспорно заслуживает почетного места по итогам соревнования неудачных родителей жителей и гостей Острова.
Босс 80го уровня, Элоиз Хоукинг в свободное от работы время компостирует мозг всем, кто только проходит мимо, а также посылает их на Остров, потому что Судьба, черт ее побрал, никуда от нее не денешься, будьте добры пройдите на посадку к выходу J-23.
Так, Элоиз, многозначительно хмурясь, закатывая глаза (и говоря о все том же Острове), заставила и без того неуверенного в себе Десмонда засомневаться в своей решительности еще сильнее – и в итоге отказаться от мысли сделать предложение обожаемой Пенелопе. Стоит ли говорить о том, что на Остров
невезения
посылались поголовно все, кто обращался к Элоиз за советом. Причем Десмонд и вовсе посылался дважды (хотя во второй раз сам послал всех к дьяволу), а вот Бен Лайнус был послан по ягоды – собирать Шестерку Оушеаник для того чтобы (ни за что не догадаетесь!) закинуть всех обратно на Остров.
И это мы еще не рассказывали о том, как безжалостно Элоиз обошлась с собственным сыном – Дэниэлом Фарадеем (хотя сценаристы так и не удосужились объяснить, почему он получил фамилию Фарадей, если папа – Уидмор, а мама – Хоукинг).
Это не безжалостность Энтони Купера – Элоиз ломала жизнь сына исключительно от большой любви и потому что «ей же лучше знать». Конечно, ей же виднее, что музыка, которую Фарадей искренне любил, – бесполезная трата времени, Тереза, университетская подруга, – всего лишь глупое увлечение, отвлекающее от Большой Цели, и само пройдет, не хочешь ли, Дэн, отметить свой выпускной за чашкой чая и разговором о Судьбе?
Можно поспорить о том, что важнее – Великое Предназначение или человеческое счастье – но можно ли назвать хорошим родителем того, кто, утверждая, что это, конечно же, Судьба, сознательно посылает отпрыска на верную смерть? А верной смертью оказалась всё она же, Элоиз Хоукинг, молодая девушка из лагеря Других, застрелившая незнакомого мужчину, который утверждал, что он из будущего.
* * *
На основании всего вышесказанного, думаем, что вполне ясно, если на вашем безоблачном горизонте среди воробьев, синиц и прочих птичек нарисовались вдруг кадры, подобные героям нашего топ-5, выход один: бегите! Не надейтесь, что сможете надавить на жалость и переубедить, донести то, что вам кажется обыденными нормами морали и вашим представлением о том, как следует поступить. Не поддавайтесь на уговоры (ваши почки/печень/сердце/пара литров крови вам таки нужнее) и будьте тверже адамантиевого скелета Росомахи.
Батю – в отличие от горбатого – даже могила вряд ли исправит. Редкие исключения вроде мистера Пайка способны понять железные аргументы в виде потери контрольного пакета акций, но для того, чтобы погрозить такому бате бронированным кулачком, надо быть как минимум его отпрыском и в придачу миллионером.
Название:
Руководство по подготовке к попаданию на Остров
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Размер:
406 слов
Категория:
джен
жанр
: юмор
Рейтинг:
PG
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Руководство по подготовке к попаданию на Остров"
Руководство по подготовке к попаданию на Остров.
Начните готовиться прямо сейчас. Учтите, от уровня подготовки зависит вероятность вашего выживания.
1.
Сделайте волшебную комбинацию 4 8 15 16 23 42 паролем во всех возможных аккаунтах и вводите каждый раз.
новичок
: вы вбиваете цифры не глядя
мастер
: вы вбиваете цифры не глядя большим пальцем левой ноги
эксперт
: цифры вбиваются сами
2.
Выработайте иммунитет к побоям. Не важно, на чьей вы окажетесь стороне — в борщ будете получать регулярно.
новичок
: выдал все секреты после первого удара
мастер
: не сломался после многочисленных побоев
эксперт
: Бен Лайнус
3.
Займитесь изучением физики.
новичок
: вы имеете представление о том, как работает водородная бомба
мастер
: вы неплохо разбираетесь в магнитных полях
эксперт
: объяснение перемещения довольно крупных объектов во времени и пространстве не составляет для вас труда
4.
Поставьте на звонок будильника звук приближения черного дыма. Как знать, может именно это спасет вам жизнь.
новичок
: вы просыпаетесь от первого звука
мастер
: вы можете самостоятельно его имитировать
эксперт
: вы становитесь черным дымом
5.
Будьте бдительны: оружие на Острове самовоспроизводится как бактерии, и все норовят его использовать.
новичок:
вас задело шальной пулей
мастер:
несколько ран различной степени тяжести для вас не помеха
эксперт:
Михаил Бакунин
6.
Научитесь уживаться с белыми медведями, потому что да, вы встретите их на тропическом острове, и они будут пытаться вас съесть.
новичок
: вы боитесь медведей
мастер
: вы убиваете напавших на вас медведей
эксперт
: вы начисто забываете о медведях, потому что сценаристы тоже о них забыли
7.
Озаботьтесь поисками пропитания.
новичок:
вы добываете еду трудом, потом и кровью
мастер:
еда сваливается на вас с неба или её добывает массовка
эксперт:
вы вполне обходитесь бутылкой воды, потому что с едой происходит то же, что и с медведями
8.
Натренируйтесь не удивляться всякой неведомой фигне и воспринимать все происходящее, как само собой разумеющееся.
новичок
: перманентно задается вопросами «что это было» и «что происходит»
мастер
: спокойно выясняет, в чем дело
эксперт
: Ричард Алперт
9.
Примите как данное: вам никогда не покинуть Остров.
новичок
: верит, что должен в конечном итоге спастись
мастер
: всегда возвращается на Остров, даже если смог уехать
эксперт
: становится Лидером
10.
Не забывайте, что жизнь не вечна.
новичок
: чуть что – отбрасывает коньки
мастер
: умирает во имя Великой Цели
эксперт
: умирает во имя Великой Цели и оживает
Бонусный пункт для зрителей.
11.
Вы досмотрели последнюю серию LOST.
новичок:
вы пытаетесь понять смысл сериала
мастер:
вы идете пересматривать сериал еще раз,
и еще раз, и еще раз...
эксперт:
вы создаете команду и идете на Фандомную Битву
Название:
Генри Гейл
Форма:
перевод песни
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Бета:
WTF Benjamin Linus 2015
Исходники:
The Oceanic Six - Henry Gale
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Генри Гейл"
Прослушать или
скачать The Oceanic Six - Henry Gale бесплатно
на
Простоплеер
Название:
Бен
Составитель:
WTF Benjamin Linus 2015
Форма:
фанмикс
Персонажи:
Бенджамин Лайнус
Категория:
джен
Рейтинг:
PG
Размер:
6 треков
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Бен"
Название:
Делай меня живым
Составитель:
WTF Benjamin Linus 2015
Форма:
фанмикс
Персонажи:
Бенджамин Лайнус
/
Джон Локк
Категория:
слэш
Рейтинг:
PG
Размер:
6 треков
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Делай меня живым"
Название:
Джон
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Форма:
фанмикс
Пейринг/Персонажи:
Джон Локк
Категория:
джен
Рейтинг:
G
Размер:
7 треков
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Джон"
код
<div align="center"><a href="http://wtfcombat2015.diary.ru/?tag=5210816"><img src="http://imageshack.com/a/img673/2475/Wy6zj9.gif"</a></div>
Часть 1 | Часть 2 | Часть 3
URL
U-mail
Дневник
Профиль
Комментировать
Поделиться
22:57
челлендж часть 2
челлендж 2 - готово
Название:
The Losties, In...
Перевод:
WTF Benjamin Linus 2015
Бета/Эдитор:
WTF Benjamin Linus 2015
Оригинал:
Buuya
-
1
,
2
,
3
Язык оригинала:
английский, первичный перевод
Форма:
стрип
Пейринг/Персонажи:
лостовчане
Категория:
джен
Количество страниц:
сет из трех историй
Рейтинг:
PG
Примечания:
песня из третьего стрипа
Размещение:
на здоровье
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "The Losties, In..."
1.
2.
3.
Название:
Wallpaper Circles
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Форма:
обои для рабочего стола
Пейринг/Персонажи:
Бенджамин Лайнус
,
Джон Локк
Категория:
джен
Рейтинг:
PG-13
Исходники:
клипарты, скриншоты сериала
Размер:
1680х1050 2.54 Mб
Размещение:
после деанона
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Wallpaper Circles"
Название:
Заметки
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Форма:
сет аватар
Пейринг/Персонажи:
Бенджамин Лайнус
\
Джулиет Бёрк
,
Бенджамин Лайнус
\
Джон Локк
,
Александра Руссо-Лайнус
Категория:
джен, гет, слэш
Количество:
12 шт
Размер и вес:
110х110, вес до 20 Кб
Рейтинг:
PG-13
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Заметки"
01
02
03
04
05
06
07
08
09
10
11
12
Название:
Сет анимированных аватар
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Форма:
сет аватар
Пейринг/Персонажи:
Бенджамин Лайнус
Категория:
джен
Количество:
12 штук
Размер и вес:
110х110, до 29 Кб
Рейтинг:
PG-13
Примечание:
аватары для платных дневников
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Сет анимированных аватар"
01
02
03
04
05
06
07
08
09
10
11
12
Название:
Выбери меня
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Форма:
сет аватар
Пейринг/Персонажи:
Бенджамин Лайнус
Категория:
джен
Количество:
12 штук
Размер и вес:
110х110, до 19 Кб
Рейтинг:
PG
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Выбери меня"
01
02
03
04
05
06
07
08
09
10
11
12
Название:
Знаки
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Форма:
сет аватар
Категория:
графика
Количество:
16 штук
Размер и вес:
110х110, вес до 12 Кб
Рейтинг:
PG-13
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Знаки"
01
02
03
04
05
06
07
08
09
10
11
12
13
14
15
16
Название:
Знаки-2
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Форма:
сет аватар
Категория:
графика
Количество:
12 штук
Размер и вес:
110х110, вес до 18 Кб
Рейтинг:
PG-13
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Знаки-2"
01
02
03
04
05
06
07
08
09
10
11
12
Название:
За кадром
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Форма:
сет аватар
Пейринг/Персонажи:
Навин Эндрюс, Майкл Эмерсон, Терри О’Куинн, Хорхе Гарсия, Джош Холлоуэй, Мэттью Фокс, Доминик Монаган, Генри Йен Кьюсик, Джереми Дэвис
Категория:
джен
Количество:
34 шт
Размер и вес:
120х120, вес до 20 Кб
Рейтинг:
PG-13
Предупреждения:
капелька матов
Примечание:
свободное время актеров между дублями
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "За кадром"
01
02
03
04
05
06
07
08
09
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
код
<div align="center"><a href="http://wtfcombat2015.diary.ru/?tag=5210816"><img src="http://imageshack.com/a/img673/2475/Wy6zj9.gif"</a></div>
Часть 1 | Часть 2 | Часть 3
URL
U-mail
Дневник
Профиль
Комментировать
Поделиться
четверг, 05 февраля 2015
15:58
макси
*список*
Название:
Паддингтон: 17.50
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Бета:
WTF Benjamin Linus 2015
Размер:
макси, 16651 слова
Пейринг/Персонажи:
Бенджамин Лайнус
/
Александра Руссо-Лайнус
, ОЖП
Категория:
гет
Жанр:
Romance, drama, POV
Рейтинг:
R – NC-21
Предупреждения:
События канона слегка изменены; никакого сексуального подтекста в первой части про детский возраст нет, насилия нет; все герои, вовлеченные в сцены сексуального характера, совершеннолетние
Краткое содержание:
Приемный отец, приемная дочь и история про метаморфозы любви
Примечание:
иллюстрации и стихи в эпиграфе авторские
Размещение:
запрещено без разрешения автора
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Паддингтон: 17.50"
предисловие от автора
Все знают, что Лайнус темная, тяжелая, неоднозначная личность, которую можно смело изучать на кафедре психологии. Серийный убийца, манипулятор, лжец, отличный психолог, стратег и тактик. Для мира. Но вот каким он был отцом?
Его дом в Дармавилле заполнен фотографиями Алекс. Ими увешаны стены, они стоят на кухне, возле его стола, на его столе (не удивлюсь, если и под), даже когда по сюжету они все покидают деревню и живут в полевых условиях, палатка Бена забита книгами, на которых стоит неизменное фото дочери. Меня всегда это пленяло. И тяжело пережив убийство Алекс, веря в материальность слов, мне очень хочется все исправить.
Меня ты где-то потерял,
Среди шутов и шуток пошлых,
Меж лабиринтов жизней прошлых
Нечаянно руку ты отнял.
А я в растерянности в гуще
Из лиц, смешавшихся в пятно,
Металась. Знала − не отпустишь,
Искать ведь будешь − мы одно.
Но миг уже необратим.
И за секунду до забвенья
Нашла глаза твои в толпе я...
Забыл. И я... Чего хотим?
На земле почти семь миллиардов людей. Семь миллиардов главных героев, про каждого из которых можно писать очерки, рассказы, про многих даже книги. Среди нас нет второстепенных, нет статистов, каждый человек интересен и рожден для чего-то или кого-то, просто порой для понимания нужно много времени и сил.
И каждая человеческая история о любви. О любви к человеку, о любви к детям, к животным, к саморазрушению, к насилию, к творчеству, к себе, иначе она просто не могла бы существовать и не имела бы никакого смысла.
Заглянуть сейчас к тебе в голову - и можно найти там множество прекрасных и ужасных мыслей об этом чувстве, оно многих уничтожило, наверное, стольких же спасло, а все остальные корчатся от дефицита, замазывая бреши всем, чем только могут придумать. Или вот этот человек с букетом цветов под часами, он нервно топчет ногой, оглядываясь, поправляет галстук, из-под которого предательски торчит магазинная бирка. Там ведь явно творится что-то интересное в этой голове. Или вот эта шатенка на перроне, она дышит в кулачки, пытаясь согреть длинные озябшие пальцы, заклеенные пластырями, и думает о чем-то.
Часть I
«Дети начинают с любви к родителям. Взрослея, они начинают их судить. Иногда они их прощают». © Оскар Уайльд
Паддингтонский вокзал. Людская масса валит сплошным потоком, почти сбивая с ног, голоса сливаются в монотонный гул под стеклянным потолком. Мне всегда казалось, что вокзалы похожи на улей. Знаю, что нечего здесь делать, что жду абсолютно впустую, но не могу с собой справиться.
* * *
Он никогда на меня не кричал. В детстве это казалось само собой разумеющимся, крики на Мелисcу ее матери были мне в диковинку и больше интриговали, чем пугали, хоть и были обращены не ко мне. Да и все остальные, к слову сказать, тоже довольно редко повышали на меня голос — боялись, наверное. Я очень рано поняла, что он главный не только дома, люди заискивали перед ним, лебезили, боялись, уважали — все по-разному, но все одинаково признавая его бесспорное главенство. Дети, даже не понимая многих слов, очень хорошо чувствуют интонации, с которыми общаются между собой взрослые... и я росла избалованной, очень.
Помню, когда мне было семь, я побила палкой младшего Макалистера, которому было десять, а он только огрызался сквозь зубы, боясь меня ударить. Я во всем была права, я всегда оставалась безнаказанной, мне все было можно — мой отец Бенджамин Лайнус.
Все люди помнят себя с разного возраста, кто с трех лет, кто с восьми. Я помню себя с четырех-пяти, и каждое воспоминание о моем детстве тесно связано с ним.
* * *
— Отклойте двель! — Пинаю человека у двери в щиколотку, больше никуда достать не могу. Господи, да я ему и до промежности-то не доставала. Меня душат рыдания и обида. Мне нужно, НУЖНО его увидеть. — Папааа!
— Ну, как же ты не понимаешь, маленькое чудовище, занят он, не может выйти! — Дик, стоящий в охране, трет ушибленную ногу, оттаскивая меня от входа одной рукой.
Отец на общем собрании, там как всегда решается что-то важное, отвлекать запрещено, но мне плевать на их мировые проблемы, справиться бы со своими. Он выходит через несколько минут, видимо заслышав возню снаружи и мой голос.
— Объяви перерыв. — Дик отослан кивком головы.
Мои ноги отрываются от пола, и я утыкаюсь в его воротник, обнимая за шею. Знакомый запах спокойствия и умиротворения сводит на нет мою истерику, и я начинаю устало икать. Он уносит меня за густые кусты жимолости, садится на большую скамейку-качели и отталкивается одной ногой.
— Что случилось, пятачок? — шепчет в волосы, тщетно пытаясь оторвать меня от себя, чтобы разглядеть лицо.
Я была довольно маленькой для своего возраста, на моей любимой зеленой пижаме были нарисованы веселые хрюшки, а книжку Милна, которую он читал мне перед сном, я иначе как «питацком» и не называла. Когда он укладывал меня спать, требовала: «Папа. Питацок!», протягивая «Винни-пуха». Его это неизменно веселило, наверное, поэтому я очень долго была «пятачком».
Мотаю головой, вцепляясь в него еще крепче, не зная, как рассказать ему о моей катастрофе вселенского масштаба. Он гладит по спине, успокаивая, раскачивает качели, и я завороженно наблюдаю, как из стороны в сторону шатается весь мир, а я защищена и незыблема — меня держат.
Поднимаю, наконец, голову, он улыбается. Сейчас я все расскажу, и он перестанет улыбаться, перестанет меня обнимать, да и любить, наверное, перестанет. Я опять всхлипываю:
— Молочкооо. — Отец недоуменно поднимает брови. — Молочкооо ушлооо... пошло на пол всё, ручкам больнооо и... и... — Самого главного мне никак не сказать. Это очень печальная история.
Я хотела сварить к его приходу кашу. Сама. Я часто видела, как он делает это по утрам для меня, была уверена, что справлюсь, но все не задалось с самого начала. Я включила плиту, с трудом открыла холодильник и когда тянулась за пакетом молока, свернула коробочку с яйцами на пол — они разбились почти все. Поскользнувшись на яичной чаче, я шмякнулась на попу, разлив добрую половину молока по кухне и запачкав платье. Белые ручейки резво побежали по темным ромбикам линолеума, но не сломили мою решимость. Встав на табуретку и вылив в кастрюльку остатки молока, я добавила туда папино любимое варенье — черничное. Я-то сама такое не любила, но зато после него был веселый фиолетовый язык, который он показывал мне, когда к завтраку была черника, заставляя смеяться, давясь овсянкой, и кашлять.
Я очень старалась аккуратно насыпать овсяных хлопьев, но руки у меня были маленькими, коробка большой, и в итоге хлопьями я «накормила» всю плиту. Досталось немного и кастрюльке. Пока я возюкала жижу со скорлупками по полу своим носовым платком с божьими коровками, молоко закипело. Каша вдруг полезла наружу, злобно шипя на меня, потекла по выключателям плиты, по духовке на пол, ужасно напугав. Я лихорадочно попыталась ладошками согнать все в одну кучку на полу, но сильно обожглась. Кухонные полотенца висели на крючках слишком высоко, и, кинувшись в комнату, я схватила первую тряпку, которая попалась под руки, и кинула ее в яично-овсяно-чернично-молочную лужу. Пока до меня дошло, что надо выключить газ, содержимое кастрюли уже все было на полу. Я старательно размазывала это нечто, пытаясь разобраться, что же я сделала не так, и тут моя рука нащупала что-то маленькое и твердое, и еще одно, и еще. Пуговички. Перламутровые пуговички на «тряпке». Вот тут-то я и заревела.
Был день рождения дяди Тома, ю-б-и-л-е-й, как сказал папа, и все взрослые собирались идти на вечеринку. Большой зал в общей столовой был украшен, столы сдвинуты, и когда мы с отцом до обеда ходили проверить, выполнены ли все наши указания, я видела большущий торт с целой кучей свечей. Он обещал принести мне кусок, причем я стребовала также кусок с самого дяди Тома, который тогда в свои сорок казался мне совсем древним динозавром, что не мешало нам быть лучшими друзьями.
Папа еще рано утром вытащил из комода свою лучшую рубашку, кремовую, из тонкой, очень приятной на ощупь ткани, мне разрешалось ее трогать, только если я предварительно мыла руки. Отгладил ее через марлю, пока я размазывала ровным слоем завтрак по тарелке, и повесил на спинку стула.
И вот теперь эта рубашка лежала на полу скомканная, в красочных разводах. Я очень ярко помню, как стояла тогда на пустой кухне, как колотилось мое сердце, помню давящее ощущение чего-то непоправимого — это было мое первое детское большое горе.
Он вытягивал из меня эту историю минут десять, вытирая слезы и сопли. Я не боялась, что меня будут ругать, не боялась, что накажут, — больше всего на свете я боялась, что он разлюбит меня. Станет равнодушным, как некоторые родители других детей. Я видела, как от Мелиссы или Колина часто отмахивался их отец, утыкаясь в газету, когда они пытались показать ему того интересного желтого в крапинку жука или спросить что-нибудь. Со мной такого не было никогда.
— А где Бекка? — спрашивает он, поправляя на мне сползшие гольфы.
Я осеклась. Мне очень не хочется подставлять Ребекку, с которой мы хорошо ладим и которую папа иногда просит посидеть со мной, когда вынужден ненадолго отлучиться, а меня взять не может. На мое счастье он вообще не одобрял всевозможных нянек и сиделок, предпочитая справляться сам.
Ребекке было семнадцать, Ребекка была влюблена, так что пока я активно кулинарила, она целовалась на заднем дворе со своим Филом ом, взяв с меня слово вести себя хорошо.
Я говорю, что не знаю, где она, внезапно заинтересовавшись своим подолом, кармашком, лишь бы не смотреть Ему в глаза. Он встает с качелей, не выпуская меня из рук, и спокойно говорит подошедшему позвать его обратно Дику:
— Основные вопросы мы обсудили, остальное можно и перенести. Передай, что у меня чрезвычайная ситуация.
Его ладонь почти во всю мою спину, от нее тепло и спокойно.
Дома мы застали паникующую Бекку, которую отец отправил восвояси, сказав, что поговорит с ней потом. Больше она со мной не сидела, и я оставалась или с дядей Томом, или с миссис Хендриксон, у которой были кошки и артрит.
Он усаживает меня на стул, выкидывает недрогнувшей рукой любимую рубашку в мусорку и начинает что-то рассказывать, намывая плиту и пол. Я не помню сейчас, что он говорил, да и тогда наверное не особо вникала, перенервничав, просто слушала мирный тембр его голоса, уткнувшись в свои сложенные на столе руки.
Потом мы варим кашу, ту самую. Я восхищенно наблюдаю, как ловко у него все выходит, тем более одной рукой — второй он держит меня.
— Ты не селдишься? — задаю я наконец так мучивший вопрос. Он целует меня в раскрытую ладошку и мотает головой. — А в чем ты пойдешь на убилей?
— Ю-билей. — Папа улыбается, дует на ложку и дает мне попробовать кашу. — Надену голубую, она тоже ничего.
* * *
Я бегу вприпрыжку к дому, к папе. Он сидит в плетеном кресле на крыльце и читает. Мы с Мелиссой все утро играли в соседнем дворе, у миссис Хендриксон, там травка такая мякенькая и яркая. У нас газон совсем другой, но тоже хороший.
Миссис Хендриксон дала нам шоколадных конфет, каждой по две, я съела только одну, а вторую несу папе в кармане. Они о-о-очень вкусные, и мне ужасно хочется добавки, но еще больше хочется, чтобы ему тоже было вкусно.
Забегаю на крыльцо и начинаю прыгать зайцем вокруг кресла. Через два круга он, наконец, отрывается от книги и смотрит на меня. Я машу руками у него перед лицом, прогоняя буквы, — он всегда так, какой-то странный становится, когда только-только поднимает голову от своих книжек, будто еще продолжает читать, хотя уже смотрит на меня.
— Я вижу тебя, — говорит он и улыбается.
— Я плинесла тебе подалочек! — ору я зачем-то, продолжая прыгать на месте.
Он протягивает ладонь, ожидая, видимо, очередной чахлый цветок — из моих «подарков» уже можно сделать хороший гербарий. Я торжественно лезу в нагрудный кармашек сарафана за конфетой, вляпываюсь во что-то, морщусь, вытягиваю руку и разжимаю кулачок.
Конфеты были завернуты в красивые зеленые фантики с рыжими белками, и Мелисса стребовала их все себе, вовремя вспомнив, что я сломала ее совок, да и ладно, мне не жалко. Но я не знала, что происходит с шоколадом на жаре…
В моей ладошке какой-то склизкий темно-коричневый комок, похожий на какашку, к тому же я забыла, что положила в карман одуванчик, и на комок налипли белые парашютики. Чувствую, как от страшной обиды дрожит подбородок, и смотрю на папу. Он изучает мое лицо пару секунд, берет это нечто с руки и съедает с абсолютно непроницаемым выражением.
— Мммм, очень вкусно, спасибо. — Достает носовой платок и оттирает мою ладонь. — Откуда ты знала, что это мои любимые конфеты?
Расплываюсь в восторженной улыбке и возобновляю свой бешеный заячий танец, только теперь на одной ноге.
Я еще тогда не знала, что у него аллергия на орехи.
* * *
Мне очень нравилось, как от него пахло, лосьоном после бритья, мылом, тканью рубашки, чем-то особенным, теплым. Я могла бы отличить его от любого человека на Земле с закрытыми глазами.
Папа сидит на диване, делая пометки карандашом на каких-то бумагах, а я вытягиваю ниточки из своего носка. Мне скучно, эти мультики я видела уже два раза, и поэтому происходящее на экране меня мало занимает. Карандаш шуршит, царапая бумагу, я смотрю на его пальцы, на маленькие черные буквы, я знаю много букв. Наклоняюсь и нюхаю белый лист, он пахнет бумагой и сухой травой — я насыпала в ящик папиного стола ромашек, чтобы он удивился. Встаю ногами на диван и нюхаю папу: шею, щеку.
— От меня что, плохо пахнет? — спрашивает он, отрываясь от работы и нюхая рубашку на плече.
— Холошо. — Я сую нос ему в ухо и дышу. — Пахнет добленьким.
— Добреньким? — удивляется папа, улыбаясь. — Это как?
— Если маленьких клоликов или котенков в лучках делжишь, то тут в животе так тепло делается, — стараюсь я объяснить. — И так жмет. — Обхватываю ладошкой свою шею, показывая. — Когда тебя нюхаю, тоже так.
Возможно ли донести до человека, что такое запах счастья?
Он обнимает меня за ноги, я стою, обнимая его за шею, мы утыкаемся друг в друга лбами под истерический злой смех дятла Вуди.
— А я чем пахну?
Папа наклоняется и нюхает мои волосы, обхватывая руками голову, нюхает долго-долго, зарываясь носом, — виски, макушку, затылок. И молчит.
Я в пять лет могла гораздо лучше оформить свои эмоции в слова, чем он в тридцать. Тогда мир был очень прост и понятен, деревья были высокими, трава ярко-зеленой, я хотела быть тем, кто шьет платья для кукол, когда вырасту, любила папу, мороженое и качели. И у меня было все.
* * *
— Выше, папа, выше! – Я хохочу, захлебываясь, качели взлетают к самому синему небу, и если бы я отпустила сейчас руки, то смогла бы потрогать пушистые облака. Должно быть они на ощупь, как вата. – Выше-е-е!
Он смеется:
— Точно? Еще выше? — И отталкивает, раскачивая сильнее. Мое сердце замирает от восторга. Я умею летать.
Сегодня замечательный день — мой день рождения. Мне пять, и отец подарил мне качели. Те, что у дальнего забора, скрипят, и их немного кренит влево — не люблю их, а эти новые, выкрашенные яркой краской, и хоть их и поставили на общей площадке, но я-то знаю, что они мои, для меня.
Сегодня мне разрешили не есть утром кашу, и мы с отцом надували шарики для украшения, синие и желтые — очень красиво. У него получается надувать хорошо и быстро, а свои я только обильно обслюнявила, хоть и дула так усиленно, что заболели щеки. Но папа сказал, что они слишком тугие для маленьких, и надул и мои тоже.
Дядя Том подарил мне куклу, очень красивую, с длинными розовыми волосами, если положить ее на спину, она закрывает глаза и спит. Мелисса обзавидуется, когда увидит. Еще мы пекли торт, шоколадный с грецкими орехами, как я люблю. У папы аллергия на орехи, и мне всегда достается мно-о-ого торта.
Чудный день.
Какой-то мужчина толкнул меня, и я вынырнула из своих мыслей, вспомнив, где нахожусь. Было довольно холодно, а на мне тонкий короткий плащ и перчатки без пальцев. Побродив по вокзалу, я нашла бистро и взяла горячий капучино с французской булочкой. По большим окнам-витринам бежали тонкие неровные ручейки, и за стеклом все казалось мутным, неясным — неоформленные силуэты людей, яркие пятна зонтов, будто кто-то убрал резкость. Я согрелась, а руки все равно дрожат. Опять припустил дождь.
* * *
Как-то мы с ним попали под сильнейший ливень. Мне было лет пять-шесть, и я упросила его пойти на пляж. Отец уступил, хоть и не любил, когда было много солнца, и терпеть не мог загорать. Мы ушли довольно далеко по береговой линии, он закатал штаны и медленно шел по кромке прибоя, а я носилась как угорелая, отдавая ему все сокровища, которые только могла найти, с криками «Папа, смотри какая ракушка! Папа, смотри какая палка! Папа, а чайки писают в воду? Папа, смотри какой камень!». Он терпеливо набивал карманы всем мусором, который я ему таскала, щурился от солнца и бубнил время от времени: «Алекс, отойди от воды».
Потом я строила замок из песка, с башенками и воротами, хрупкий, разваливающийся, но свой собственный. Первый. В дальнейшем я очень в этом преуспела...
А он сидел в тени под деревьями и читал — это была самая привычная картинка моего детства. Казалось, он полностью увлечен книгой и ничего не замечает вокруг, но стоило мне подойти к воде или уйти чуть дальше по пляжу, я слышала его голос: «Алекс!». Это не был обычный устало-злой родительский окрик, это было предупреждение, что я делаю что-то не так, что могу попасть в беду, заблудившись или будучи утащенной волной.
Я слышала этот голос, даже когда его самого уже не было рядом, а я начинала вытворять что-то непотребное. Лет восемь назад, когда на вечеринке у Нила мне настойчиво предлагали попробовать халявный героин или когда соседка по общежитию тащила меня на пикник с ее пьяными друзьями, даже когда собиралась перейти дорогу на красный, — я слышала его.
Но в пять для меня это был просто знак, что он здесь, я иногда специально отбегала дальше, чтобы проверить, видит меня папа или нет. Он всегда видел.
Мы засиделись тогда и не заметили, как переменилась погода. Небо потемнело, поднялся ветер, волны поплевались пеной и стали зло кусать берег. Мой замок развалился, напоминая о недолговечности всего сущего, и я побежала к папе жаловаться на устройство мира. Он подхватил меня, когда земли коснулись первые тяжелые капли, заткнул книжку назад за пояс, и мы побежали. Точнее бежал он, а я сидела на руках и смотрела расширенными от страха глазами на почти черные низкие тучи. Ливануло резко как из ведра, а до дома было еще далеко, мы забежали под раскидистое дерево с низкой густой кроной — под ним капало тоже, но далеко не так, как снаружи. Дождь падал стеной, и на расстоянии метров десяти ничего уже было не видно.
Папа снял рубашку и укутал меня ею почти с головой, оставшись в одной футболке. Он сидел под деревом, прижимая меня к себе, а я подвывала от страха после каждого раската грома, уткнувшись ему в шею. И вдруг подумала, а что, если он умрет? Что, если вдруг его не станет, как той пухлой доброй женщины из столовой, которая кормила меня пирожками? Дядя Том сказал, что ее больше никогда не будет. Или котеночка Мелисcы, на которого она уронила мамину швейную машинку, и которого тоже не стало насовсем. Что, если папы никогда больше не будет, что, если его не станет насовсем?! Мне стало до того холодно и пусто внутри, что я даже перестала плакать. Зажмурившись, я обняла его крепко-крепко, как только могла, и спросила:
— Папа, ты ведь не умлешь?
Он помолчал немного, вслушиваясь во что-то свое, и натянул мне на голову съехавшую рубашку.
— Конечно нет, пятачок, я буду жить вечно. Обещаю.
И я успокоилась. Мой отец никогда не врет.
Простудилась я тогда страшно. Две недели валялась в постели то с высоченной температурой, то с дикой слабостью. Кашляла так, что, казалось, выплюну все внутренности, не могла нормально дышать. Те четырнадцать дней показались мне целым годом, смешавшись в сплошные таблетки, порошки и микстуры. Думаю, я вполне могла тогда не выкарабкаться, если бы не отец. Было такое ощущение, что он не спит вообще — каждый раз как я просыпалась, он был рядом: разговаривал в коридоре с врачом, стоя одной ногой в моей комнате; закапывал мне капли в уши и нос; давил таблетки в ложке; без особого успеха пытался влить в меня немного куриного бульона...
Где-то на шестой день мне стало совсем худо, я периодически проваливалась в какие-то полусны-полуобмороки, темные и липкие. Открыв глаза ночью, я увидела папу, он стоял на коленках возле кровати и, хмурясь, щупал мне лоб. Заметив, что я проснулась, взял мою руку в свою и долго гладил по голове. Его пальцы дрожали, а глаза были очень большими и блестящими.
— Алекс, обещай, что останешься со мной, — попросил он шепотом, очень серьезно глядя на меня.
Мой нос был заложен, я очень тяжело дышала ртом, и ответить никаких сил не было, так что я просто кивнула. «Конечно обещаю. Куда же я денусь?»
Я оставила с ним шестьдесят процентов своей души, выполняя обещание. Наверное, поэтому все эти годы мне было так одиноко, а временами и вовсе отчаянно паскудно — я распополамлена.
Он развлекал меня тогда, как мог, в моем вынужденном заточении, растапливал мороженое до комнатной температуры, чтобы покормить меня с ложки, один раз даже притащил посмотреть лягушонка из джунглей, с напутствием: «Только не целуй его, я еще не готов тебя отдать». Я не поняла, о чем он, но сказала, что целовать не буду. Папа редко о чем-то просил, и мне нравилось выполнять его просьбы, тем более что мне вовсе не хотелось целовать лягушонка, он был зелененький и какой-то скользкий.
* * *
У меня были очень хорошие длинные вьющиеся волосы. Хотя почему были, они и сейчас на месте. Папа заплетал мне косы почти каждое утро, кроме праздников. Ну какой родитель мужского рода может этим похвастаться? А он мог. Причем, у него получалось лучше, чем у миссис Хендриксон, он никогда не дергал мне волосы, не стягивал так сильно, что у меня болели виски, не нудел каждую минуту, чтобы я не вертелась. С ним я и так не вертелась, я отчаянно болтала ногами и рассказывала, что мне снилось, безбожно привирая, чтобы было интересней, а потом он спрашивал, какие ленты я сегодня хочу. У меня были широкие голубые в гармошку, тоненькие гладкие розовые, еще белые и новые бледно-зеленые.
Мне нравилось, что волосы у меня такого же цвета, что и у него, а еще дядя Ричард сказал, что у меня папин нос. Я долго разглядывала свой в зеркале, потом папин, даже потрогала, но у меня-то был маленький нос, а у него большой и ноздри большие — вовсе не похож. Но ведь дяде Ричарду виднее, да и потом, мне хотелось, чтобы у меня был папин нос.
* * *
Когда отец уезжал на Большую Землю несколько раз в год, я буквально заболевала. Меня ничего не радовало, я становилась инертной. Дядя Том чуть ли не шантажом заставлял меня поесть, а если учесть, что я и так плохо ела, то это была настоящая голодовка. Я скучала отчаянно.
Возвращался он каждый раз неожиданно, но всегда утром. Просыпаясь, я вдруг слышала его голос, доносящийся с кухни, перемежающийся с голосом дяди Тома, и мое сердечко сбивалось с ритма. Я заставляла себя лежать, не шевелясь, целую бесконечную минуту, разглядывая, как в луче солнечного супа плавают пылинки, и наслаждалась ощущением абсолютного счастья. Потом резко скидывала одеяло и неслась босиком на кухню с радостным воплем «Папочка!» Он ловил меня, поднимая высоко на вытянутых руках, и получал неизменное «А ты привез мне что-нибудь?»
— Конечно, мой корыстный маленький пятачок, — смеялся папа.
Он привозил мне платья, книжки, игрушки, какие-то забавные сувенирчики, и я сидела полдня на полу в гостиной, обложившись подарками, пока отец разбирался с делами.
* * *
В шесть лет я задала сакраментальный вопрос, ужас всех родителей: откуда берутся дети? Причем спросила у дяди Тома. Он долго морщил лоб, смотрел то в небо, то себе под ноги, потом, видимо, его осенило: «Я не знаю, у меня же детей нет». И направил меня к папе, посчитав, что легко отделался.
Папа долго молчал. Очень долго.
Я уже почти собралась повторить вопрос, решив, что он меня не услышал, но тут он вдыхает воздух, чтобы выдать все тайные знания. Я готовлюсь внимать …и он опять впадает в ступор.
— Ты тоже не знаешь? — спрашиваю я разочарованно. Для меня новость, что отец может вообще чего-то не знать.
— Да нет, — тянет он, — знаю, просто... хмм. Когда мужчина и женщина целуются... при условии, что они друг друга любят, то они раздеваются и... — Я первый раз вижу отца с пунцовыми ушами. — Засыпают вместе, а потом появляются дети. — Он как-то уж очень с облегчением выдыхает, решив, что экзекуция окончена, но слишком рано расслабляется.
— А ты меня любишь? — пытаюсь я переварить информацию.
— Конечно, — отвечает наивно папа, не чувствуя ловушки. — Очень люблю.
Отец с детства учил меня мыслить логично и анализировать.
— Я целую тебя, и ты меня, — размышляю я, складывая в голове мысли-пазлы. — А еще мне можно спать с тобой, когда снятся плохие сны. — Он жалобно смотрит на меня, чувствуя, куда я клоню. — И без одежды совсем, только в пижамке. У нас будут дети? — Обреченно подперев щеку рукой, он молча наблюдает, как я катаю карандаши по его рабочему столу, — я все равно не даю вставить ни слова. — А это больно? Мелисса говорит, что больно, потому что ее мама часто кричит. А еще она говорит, что когда рождается ребеночек, то разрывается живот, и его доставают оттуда. А что он там ест в животе? Кишочки?
Папа роняет голову на стол и смеется, а мне обидно. И что я смешного такого сказала? Просто я хочу выйти за него замуж, когда вырасту, лучше папы никого нет, и мы всегда будем вместе.
Через неделю у нас дома появилась большая красочная детская анатомическая энциклопедия, из которой я и вызнала все подробно, мучая отца выдержками за завтраком. А потом и другие книги подобного характера, так что когда у меня в тринадцать пошли месячные, мне не понадобилась ни помощь, ни инструкции.
Сейчас, слушая своих ровесников, я понимаю, что у меня было счастливейшее детство. Меня не наказывали, никогда не били, в моем распоряжении был целый зеленый мир, хорошие игрушки, лучшие книжки. Я не ходила в ненавистную многими обычными детьми школу — отец учил меня дома, была огорожена от сотни рядовых детских проблем и печалей самым важным человеком.
Все мои слезы вытирал он, мазал йодом разбитые коленки, знал по именам всех моих кукол. Когда была гроза — оказывался рядом, как бы ни был занят, вытаскивал трясущуюся меня из-под кровати, а иногда и залезал туда сам вместе с одеялом и фонариком, показывая мне собачек и птиц в тенях.
Отец казался мне самым добрым в мире.
На заднем дворе в большой клетке у нас жили четыре кролика, по-моему их как-то даже звали, сейчас не вспомню, мы с папой кормили их после завтрака, я гладила их длинные мягкие уши и пушистые бока. Как то один из них сильно укусил меня, я сама была виновата, неаккуратно дернув его за лапу. Отец бинтовал мне палец и просил простить зайчика, объясняя, что у того сегодня плохое настроение, а на следующий день этого кролика в клетке не было. Папа сказал, что он сбежал ночью, но сейчас, зная его, я подозреваю, что кролику свернули шею и отдали в столовую. Где-то через месяц так же пропала мерзкая маленькая шавка Робинсона, которая напугала меня до икоты, облаяв и укусив за ботинок. Видимо Карла впоследствии он тоже определил как угрозу, засадив его в медвежью клетку.
* * *
Про маму в первый раз я спросила довольно поздно, лет в девять. Просто удивительно, что я не задавалась этим вопросом раньше, видя перед собой ежедневно полноценную семью моей подруги-погодки Мелиссы — у нее были и папа, и мама, и старший брат.
Отец, видимо, давно ждал, когда я затрону эту тему, потому что ответил сразу, не подбирая осторожно слова, как он делал обычно, если мы говорили о чем-то важном.
— Умерла, когда ты была совсем маленькая, она часто болела и не оправилась от родов.
— А какая она была? – Я пытаюсь представить, каково это, когда есть мама.
— Красивая. — Он встает с плетеного кресла на нашей веранде. Уже темно и навесной фонарь атакуют ночные мотыльки, заставляя свет дрожать и дергаться. Папа протягивает руку, помогая подняться. — Как ты.
Мне хватило этого разговора, тем более было видно, что эта тема ему неприятна. Я никогда не загружала себя излишними мыслями и мечтами о матери. Была счастлива так, как есть — он любил меня за двоих, хотя, возможно, даже и за четверых, бабушки с дедушкой у меня не было.
Я люб...ила его больше всех на свете.
продолжение в комментариях
код
<div align="center"><a href="http://wtfcombat2015.diary.ru/?tag=5210816"><img src="http://imageshack.com/a/img540/2145/4cypSZ.gif"</a></div>
URL
U-mail
Дневник
Профиль
Комментарии
(
25
)
Поделиться
15:15
визуал G-PG-13
визуал PG - готово
WTF Benjamin Linus 2015
*список*
Название:
Отпусти
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Форма:
композиция (коллаж + анимация)
Пейринг/Персонажи:
Бенджамин Лайнус
/
Джулиет Бёрк
Категория:
гет
Жанр:
драма
Рейтинг:
PG
Исходники:
кадры и цитата из сериала
Размер:
800х680
Примечания:
перевод цитаты
«Бен, пожалуйста. Просто дай мне уйти.»
Размещение:
с разрешения автора после деанона
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Отпусти"
Название:
Он был
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Форма:
анимированный коллаж
Пейринг/Персонажи:
Джон Локк
/
Бенджамин Лайнус
Категория:
слэш
Жанр:
ангст
Рейтинг:
PG
Исходники:
капсы и цитата LOST
Размер:
700x462, 410 Кб
Примечание:
перевод цитаты
«Джон Локк верил... он был человеком веры, человеком гораздо лучшим, чем когда-либо смогу стать я»
Размещение:
с разрешения автора после деанона
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Он был"
Название:
Рентген
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Форма:
анимированный коллаж
Пейринг/Персонажи:
Бенджамин Лайнус
, Гарольд Финч
Категория:
джен
Жанр:
кроссовер LOST-Person of interest
Рейтинг:
PG-13
Исходники:
капсы LOST и Person of interest
Размер:
750x439, 291 Кб
Размещение:
с разрешения автора после деанона
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Рентген"
Название:
Прикосновения
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Форма:
анимированный коллаж
Пейринг/Персонажи:
Бенджамин Лайнус
/
Джон Локк
Категория:
слэш
Рейтинг:
PG-13
Исходники:
капсы и цитата LOST
Размер:
800x507, 760 Кб
Примечание:
перевод цитаты
«Прости за все, что я с тобой сделал. Я был эгоистом. Завидовал... всему, что было у тебя. Ты был особенным, Джон, а я не был»
Размещение:
с разрешения автора после деанона
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Прикосновения"
Название:
Переговоры: метод Лайнуса
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Форма:
арт
Пейринг/Персонажи:
Бенджамин Лайнус
,
Джек Шеппард
,
Сун Квон
,
Хьюго "Хёрли" Рейс
Категория:
джен
Жанр:
юмор
Рейтинг:
G
Размер:
550х787 - 3 штуки
Предупреждения:
спойлеры к началу пятого сезона
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Переговоры: метод Лайнуса"
Название:
LOST Crack!Vid
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Форма:
клип
Персонажи:
много разных
Категория:
джен, слэш
Жанр:
юмор, крэк
Рейтинг:
PG-13
Исходники:
читать дальше
LOST (1-6 сезоны); Avril Lavigne - Girlfriend, Right Said Fred - I'm Too Sexy, Nouvelle Vague - Master And Servant, Imagine Dragons - Radioactive, Emenem - Ass Like That, Bee Gees - Stay Alive, Kesha - Blow, George Michael - Careless Whispers, OST - The Pinki and the Brain, Mortal Combat Theme, Pulp Fiction (отрывок), Mims - This Is Why I'm Hot, Maroon5 - One More Night, Alex Gaudino - Destination Calabria, Celine Dion - My Heart Will Go On, Nyan Cat Theme, Justin Timberlake - Cry Me A River, Flo-Rida feat. Kesha - Right Round
Продолжительность и вес:
03:28; 151 Мб
Предупреждения:
см. "жанр"
Примечания:
скачать (тут будет ссыль)
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "LOST Crack!Vid"
Название:
Rage
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Форма:
клип
Пейринг/Персонажи:
Бенджамин Лайнус
/
Кейт Остин
,
Джеймс "Сойер" Форд
/
Кейт Остин
Категория:
джен, гет
Жанр:
драма, экшн
Рейтинг:
PG-13
Исходники:
Nirvana - Heart-Shaped Box, LOST (3-4 сезоны)
Продолжительность и вес:
01:34, 66,5 Мб
Предупреждения:
насилие
Примечания:
скачать (тут будет ссыль)
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Rage"
код
<div align="center"><a href="http://wtfcombat2015.diary.ru/?tag=5210816"><img src="http://imageshack.com/a/img903/4327/3JNXMH.gif"</a></div>
URL
U-mail
Дневник
Профиль
Комментировать
Поделиться
пятница, 30 января 2015
00:12
драббл и мини ver2
драбблы или мини
Название:
Три дольки лимона, один зубчик чеснока и сельдерей
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Бета:
WTF Benjamin Linus 2015
Размер:
драббл
Пейринг/Персонажи:
kid!Бенджамин Лайнус
Категория:
джен
Жанр:
зарисовка
Рейтинг:
G
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Три дольки лимона, один зубчик чеснока и сельдерей"
— О-ла-ла, неужели! Где вас черти носили, обед уже через два часа!
Маэстро Луиджи Марко Фонтано гневно сверкает очами, раздувает щеки подобно угрю, что при вдохе засасывает воду через рот, яростно жестикулирует.
Двое парней, отвечающих за поставку свежей рыбы, молча переминаются с ноги на ногу у большущей корзины, почти доверху наполненной сегодняшним уловом, слегка ошеломленные подобным натиском.
— Да что с вас взять, в самом деле, настоящие олухи!
Маэстро величественным жестом монарха, отсылающего прочь нерадивого подданного, указывает им на дверь, потом, обернувшись в сторону примыкающей к кухне подсобки, трубно возглашает:
— Бееенджамииин! Мальчик мой, ты мне срочно нужен!
Бен Лайнус появляется в дверях спустя минуту с ножом для чистки овощей в руках; на нем, такой же как у маэстро, кухонный передник и колпак, предметы его особой гордости. Поправляет очки, чуть сползшие на нос, вопросительно глядит на шефа из-под отросшей челки.
— Эти кретины опоздали на целый час, нужно срочно заняться рыбой!
— Я еще с овощами не закончил.
— Мэг закончит за тебя, а ты нужен мне здесь.
— У Мэг руки-крюки, — ворчит Бен, придвигая к корзине табурет и мусорное ведро, — она закончит, пожалуй. Знаю я, зачем мамаша пристроила её сюда — замуж никто не берет такую дуреху криворукую.
— Будь к ней снисходительнее, мой мальчик, она старается.
— Маэстро, вы же сами говорили, что помимо старания должен быть еще и талант.
Фонтано, или «толстяк Лу», как называют его в поселке, довольно щурится. Он любит, когда его цитируют. Он невероятно самовлюблен и вспыльчив, успел перессориться с половиной обитателей поселка. Хорес терпит его несносный характер исключительно из-за вкусной стряпни. К Бену, тем не менее, Лу прикипел душой — постоянно подсовывает самые вкусные кусочки, рассказывает байки из своей бурной биографии и делится секретами мастерства. Оттого-то Бену и нравится торчать на кухне. Ему нравится готовить, и даже рутинная грязная работа не вызывает отторжения.
Вот и теперь он, почти не глядя, на автомате, берет рыбьи тушки одну за другой, освобождает от чешуи и внутренностей и складывает в алюминиевый таз. Вполуха слушает Лу, пустившегося в длинное красочное повествование о жене какого-то губернатора, воспылавшей к нему страстью, не стесняясь интимных подробностей, вовсе не предназначенных для ушей подростка. Одновременно Бен думает о своем. Многие из тех, кто оказался на Острове, знавали лучшие времена. Вот и маэстро тоже. Лу невероятно много говорит, но никогда не расскажет правду о том, как шеф-повар одного из лучших ресторанов в Риме опустился до готовки в столовой, где кормят работяг «Дхармы», на этом Богом забытом клочке суши.
Спустя полтора часа Лу торжественно вынимает из духовки противень со шкворчащими рыбьими тушками, издающими восхитительный аромат. Мэг носится вокруг со стопками тарелок и стаканов, а Лу с помощью Бена своими невероятно ловкими, как у фокусника, руками сервирует блюда к грядущему обеду. Мелкие детали и терпение, терпение и мелкие детали. Рыба посередине, гарнир сбоку, добавить еще несколько компонентов, украсить пучком зелени, запомнить, что говорит Лу, любая информация — это ценность...
Бен думает о том, что у каждого есть секреты, а знание секретов других людей дает большую власть над ними. Ему почти пятнадцать, у него на груди шрам от пули, один большой секрет и множество более мелких. Буквально вчера он сказал Хоресу, что не хочет поступать в колледж, а хочет остаться на Острове. И что серая рабочая роба, такая же, как у отца — это предел его мечтаний и амбиций. Тот как-то странно, прерывисто вздохнул, взъерошил ему волосы на макушке. Добрый дядя Хорес. Есть вещи куда важнее, чем колледж. Правда, для их реализации необходима бездна терпения. А терпения Бену не занимать.
Название:
В конце концов
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Бета:
WTF Benjamin Linus 2015
Размер:
драббл, 453 слова
Пейринг/Персонажи:
Бенджамин Лайнус
,
Джон Локк
Категория:
пре-слэш
Жанр:
Hurt/comfort
Рейтинг:
G
Предупреждения:
автора концовка сериала без ножа режет, автор дописал лично ему нехватившее
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "В конце концов"
I tried so hard
And got so far
But in the end
It doesn't even matter
I had to fall
To lose it all
But in the end
It doesn't even matter
©Linkin Park — "In the end"
Бен сидит как прилежный школьник, ладони на коленях, спина прямая. Как провинившийся прилежный школьник. Лицо опущено, взгляд замер на какой-то точке, может на руках, может на траве под ногами. Но он точно ничего не видит, ведь все то, что могло его отвлечь, скрылось за дверью церкви. Бен думает, что у него еще есть шанс пойти вместе со всеми. Вот прямо сейчас вскочить, преодолеть несколько ступеней и успеть. Но не может пошевелиться, даже моргнуть лишний раз.
Он не готов.
Ему можно, ему всё прощено, но сам он не готов.
Бен размышляет о том, как же странно переплелись их судьбы. И о том, что, в конце концов, каждый из них в своей жизни был счастлив именно на Острове. Не смотря ни на что. Это странно, пугающе, невозможно, но они все здесь именно те, пассажиры рейса Ошеаник 815.
На мгновение губы Бена трогает улыбка. Он рад за всех. Боже, или что там заправляет всем, как же он сам изменился…
Ничего не замечая, Бен вздрагивает, ощутив чужое присутствие рядом, часто моргает, поворачивается всем корпусом, не отнимая рук от колен.
— Джон? — распахивает глаза, рот приоткрыт, взгляд мечется по лицу Локка. — Что ты здесь делаешь?
Джон смотрит так, как умеет смотреть только он, пронизывая насквозь, и одновременно принося тепло.
— Знаешь, Бенджамин, я подумал, что могу побыть тут с тобой, пока ты не решишься пойти дальше.
Бен ничего не понимает и продолжает молчать, но глаза выдают его с головой. Он рад. Как же он рад.
— Но почему?
Джон отзеркаливает позу Бена, распрямляется, сводя лопатки, хрустнув позвонками, откидывает голову, прикрыв глаза. Потом смотрит в ночное небо, улыбается и снова переводит взгляд на собеседника. Лучшее описание для состояния Бена — легкая паника. Джон склоняет голову, и произносит, прищуриваясь:
— Пока я был в церкви, смотрел на наших, то кое-что для себя понял. Мы не просто связаны, Бенджамин. Все самое лучшее, что происходило в моей жизни... — Локк хмыкает, ведя внутренний диалог сам с собой, — во всех моих жизнях, связано с тобой. Ты — моя половина, и как бы это ни звучало странно, неправильно, может быть, даже пошло, я не хочу идти дальше без тебя.
Бен смотрит в эти серые глаза, и не знает, чего хочет сейчас больше — вскочить в панике и умчаться подальше на всех парах или вцепиться обеими руками со всей силы, оставляя синяки, вжаться лицом в грудь и никогда не отпускать.
Чертов Джон Локк.
Дорогой Джон.
Но Бен только спрашивает:
— Ты уверен? Это может занять много времени.
— Уверен, — отвечает Джон, кладет руку на плечо Лайнуса, сжимает, и чуть притягивает к себе. — Посмотрим, что выйдет у нас в этот раз, это ведь может быть даже весело.
Бен расслабляется постепенно от ощущения тяжести руки, избавляется от метафорической проглоченной палки, чуть сутулится и кивает, открыто улыбаясь.
На сердцах у обоих становится совсем легко.
Название:
Разговор
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Бета:
WTF Benjamin Linus 2015
Размер:
драббл, 803 слова
Пейринг/Персонажи:
Бенджамин Лайнус
,
Джек Шеппард
Категория:
джен
Жанр:
missing scene
Рейтинг:
PG
Предупреждения:
спойлеры к событиям четвертого сезона и началу пятого
Краткое содержание:
разговор Бена и Джека в номере гостиницы перед тем, как они отправились собирать «шестерку Ошеаник»
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Разговор"
Джек сидел на краю кровати, наблюдая, как Бен пересчитывает купюры и перебирает документы. От бездействия шалили нервы и начинало мутить (или это была ломка?), но Бен сказал, что планы меняются, и сейчас им нужно некоторое время переждать, так что Джек продолжал полуосознанно наблюдать за сборами, позволяя раздраженному мозгу подкидывать расплывчатые обрывки мыслей.
– Зачем тебе возвращаться на Остров? – спросил он. Бен замер – кажется, этот вопрос застал его врасплох – затем медленно и нарочито мягко ответил:
– Разве это то, что должно тебя сейчас волновать, Джек?
Нет, конечно, его это не должно сейчас волновать. Его должно волновать то, что Херли ищет полиция, а Саид находится черт знает где. Его должно волновать то, что в его машине лежит гроб с Локком, а Кейт по-прежнему не отвечает на его звонки. Но Джек только-только уговорил себя не думать об этом, поэтому сделал вид, что пропустил ответ Бена мимо ушей.
– Из-за Алекс? – дождавшись, пока Бен снова займется сборами, спросил Джек. Бен снова замер. Это становилось забавным.
– Повтори, я не расслышал, – соврал он резко похолодевшим тоном.
– У тебя на Острове осталась дочь. Ты возвращаешься из-за неё? – Джек чуть выпрямился. Бен, наконец, поднял на него взгляд.
– Алекс мертва, – глухо, без эмоций. Джек почувствовал знакомый, растерянный укол вины.
– Прости, я не знал…
– Её убили люди с корабля, – Бен смотрел на него, не моргая, лишь слегка приподняв брови. Джек почти услышал продолжение. «А они, если помнишь, попали на Остров из-за тебя».
– Мне очень жаль, – автоматически произнес Джек, изо всех сил стараясь прогнать навязываемое ему чувство ответственности за чью-то смерть. Конечно, он не был виноват, они оба это знали, но Бен нарочно тянул, мстя ему за неудачный вопрос. Черт бы его побрал.
– Мне тоже. – Бен опустил взгляд, и Джек, наконец, смог нормально вдохнуть. Нужно было срочно перевести тему, молчание внезапно сделалось невыносимым. Как нарочно, в голову лезла только одна мысль.
– Кейт… – скрепя сердце, начал Джек. – Даже если она согласится поговорить. Даже если поймет… причины. Она не за что не бросит Аарона.
– Не беспокойся Джек, с ним всё будет в порядке. – Тон Бена снова стал раздражающе будничным.
– Не беспокоиться? – Джек невесело усмехнулся. – Он мне почти как сын, я не могу не…
– Ключевое слово «почти», – перебил его Бен, захлопывая чемодан. – Он не ваш сын, и ты это понимаешь лучше, чем Кейт. Не бери на себя лишнее.
Джеку захотелось его ударить. Нарочно или нет, но Бен легко и просто, парой брошенных фраз, сумел напомнить обо всех неудачных попытках стать чуть ближе, поверить чуть больше; обо всех выпитых стаканах и таблетках с мыслью: «мне никогда не стать хорошим отцом».
– Алекс тоже не была твоей дочерью, – произнесено это было наугад, только чтобы как-нибудь задеть. Бена передернуло. Джек со злорадным торжеством понял, что попал сильнее, чем хотелось бы. – И… раз ты даешь мне такие советы, стало быть, ты никогда «не брал на себя лишнего». Теперь я начинаю понимать, почему Алекс…
– Не смей, – тихо и яростно. Если бы Джек не был уверен, что ему ничего не угрожает, он бы испугался. Но, пожалуй, этого и вправду было достаточно. Джек замолчал и отвел взгляд, сделав вид, что утратил интерес к разговору. Бен несколько секунд продолжал сверлить его взглядом, затем резко застегнул молнию на чемодане и снял его с кровати, чтобы убрать в шкаф.
Джек достал из тумбочки полупустую бутылку воды – пить хотелось всё чаще и сильнее. В душе продолжало свербеть, но теперь его успокаивала мысль, что Бену сейчас не лучше. По крайне мере, после этого разговора он перестал выглядеть самоуверенным всезнающим ублюдком.
Сейчас он, кажется, тоже сидел на кровати и читал. Джек окинул его взглядом и снова сосредоточился на крышке от бутылки. Он не умел определять настроение по позе или по выражению лица, но, как врач, хорошо видел физическую боль. Бен сидел, неестественно выпрямившись, время от времени еле заметно морщился. Ловя любую возможность отвлечься от мыслей и ожидания непонятно чего, Джек как можно более непринужденно спросил:
– Спина часто болит?
– Время от времени, – ответил Бен, не отрывая глаз от книжки, – это плохо?
– Я предупреждал о рецидиве, – Джек поставил пустую бутылку на тумбочку и впервые за полчаса открыто посмотрел на Бена. Тот обеспокоено повернулся к нему.
– Боли не такие сильные, как тогда, и намного реже и… по-другому болит.
– Это хороший знак, – успокаивающе кивнул Джек, чувствуя себя в своей тарелке. – Тогда тебе нужно просто немного…
– …снизить нагрузку? – усмехнулся Бен, глядя на него поверх очков. Джек пожал плечами.
– В таком случае только обезболивающие.
Бен немедля вытащил из ящика тумбочки блокнот и ручку с инициалами гостиницы и протянул Джеку.
– Если ты мне посоветуешь парочку, я буду очень признателен. Правда.
Возможно, Бен нарочно разыгрывал обеспокоенного за свое здоровье пациента, возможно, и правда переживал. Джек никогда его не понимал, но сейчас больше склонялся ко второму варианту просто потому что Бен выглядел очень уставшим и не делал попыток это скрыть.
Отложив блокнот с ручкой, Джек проверил часы и, тяжело вздохнув, спросил:
– И всё-таки, зачем тебе возвращаться на Остров?
Чуть помедлив, Бен ответил:
– Приведи костюм в порядок, через двадцать минут выходим.
Название:
Расскажи мне историю
Переводчик:
WTF Benjamin Linus 2015
Бета:
WTF Benjamin Linus 2015
Оригинал:
Selena/
Storytelling
(разрешение на перевод получено)
Размер:
драббл (782 слова)
Пейринг/Персонажи:
Бенджамин Лайнус
,
Джон Локк
, Бун Карлайл, Хелен Норвуд, Энтони Купер
Категория:
джен
Жанр:
angst/сharacter study
Рейтинг:
G
Краткое содержание:
портрет Джона Локка
Предупреждения:
спойлеры
Размещение:
запрещено без разрешения автора
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Расскажи мне историю"
1.
«Расскажи мне историю», — просит Джон. Он снова в детском доме, с последней приемной семьей не сложилось. И на этот раз причиной оказалась не его стеснительность («Я никогда не знаю, что на уме у этого мальчишки, Хэнк, прости, я больше так не могу, мы должны отдать его обратно»), всему виной стала требовательность («Ты должен был быть хорошим ребенком, перестань ныть, черт тебя подери»). Снова эта надоевшая общая комната, но говорить с другими детьми нет сил, не сейчас. Слишком стыдно от того, что от него опять отказались. Лучше уж говорить с доской, аккуратно расставляя на ней нарды. «Расскажи мне историю», просит Джон, представляя, что это его кто-то спрашивает, потому что сейчас он вовсе не застенчивый, а даже смелый. Он многое может. Если бы только ему позволили. «Конечно», — отвечает сам себе беззвучно: — «Я расскажу тебе историю, какую захочешь, только если ты тоже мне что-нибудь расскажешь».
2.
«Остров наполнен шумом», — говорит Бун. У Буна за плечами дорогая частная школа, он мог бы цитировать Шекспира, хотя вряд ли станет. Локк согласно улыбается, прежде чем ловит напряжение в интонациях Буна. «Тебя уже ничем не напугаешь, не так ли, Джон?», — Бун ловит еще одну улыбку и в его взгляде сквозит почти восхищение. Он неправ, конечно же. И по поводу Локка, и по поводу этого удивительного места, но Локк его не поправляет. Если он что-то и усвоил за свою жизнь, так это то, что люди не любят слышать правду.
3.
«Дело вовсе не в почке», — говорит он как-то Хелен. «Я бы отдал почку, если бы он только попросил. Все дело в том, что меня заставили верить».
«Верить, что он любит тебя», — заканчивает за него Хелен. Все так, но это лишь часть правды, не совсем то, что Джон пытается объяснить. Просто на какое-то время он стал частью истории, о которой мечтал — отец и сын вместе. Достаточно плохо было уже то, что всё это, как выяснилось, изощренное вранье, но еще хуже оказалась опустошающая бессмысленность, осознание того, что в Энтони Купере и не было ничего. Он не был способен любить, ему просто нечего было отдать взамен.
Во время последующих встреч Джон старательно давит в себе ярость, пытается придумать собственную историю, в которой ложь становится правдой. Вот только он забыл, что это работает, только когда говоришь сам с собой, с другими людьми не выходит.
4.
«Расскажи мне историю», — просит пленник Генри, родом, скорее всего, вовсе не из Миннесоты, когда Локк приносит ему еду и меняет повязку на плече.
И Джон на мгновение застывает.
«Что, Достоевский для тебя недостаточно хорош?» — отмирает после едва заметной растерянной паузы и продолжает перевязывать Гейла. Рана чистая и, не смотря на все старания Руссо, заживает вполне нормально, что само по себе уже странно, хоть единственный доктор в округе ни за что бы и не признался в этом. Джеку удивительно хорошо удается игнорировать чудеса, творящиеся на острове.
«Видишь ли, Джон», — говорит Генри: — «Я верю в то, что нужно отдавать, получая. Я рассказал тебе историю о себе и не важно, веришь ли ты в нее. Твоя очередь делиться своей». — Он улыбается странной, почти незаметной улыбкой. — «Обещаю, я не буду допытываться, говоришь ли ты правду».
5.
Когда он говорит с Буном, голос не слушается, но, возможно, так даже лучше. Бун всё равно его понимает и отвечает: «Я жертва, которую требовал остров». Он наказывает Локку исправить всё, что тот натворил, и спасти Эко, а Локк понимает, что разговаривает вовсе не с Буном.
И всё же проще принять это, чем могилу Буна на пляже. Пусть все так и будет. Потому что должно быть предназначение и цель, что угодно, только не эта опустошающая бессмысленность.
Именно она медленно сводила его с ума с того самого момента, как выяснилось, что бункер — всего лишь станция, построенная людьми, с кнопкой, которую нужно нажимать, превращаясь в мысли о том, что верить не во что. Нет никакой великой цели. Но теперь он снова чувствует уверенность в том, что смысл есть. И голос к нему возвращается.
6.
Остров рассказывает свою собственную историю, и не всегда можно воспринять ее на слух. Какие-то детали Локку понять легко, он может точно сказать, когда начнется и закончится дождь, может ощутить красоту и ужас этого места в воде на своей коже и в том, как солнце подсушивает её. Другие же вещи совершенно непостижимы, словно он осваивает чужой язык, учится распознавать следы, только вот значение следов постоянно меняется.
С Беном тоже так. В разговорах с ним всегда промелькивают несложные подсказки, и даже не всегда те, которые он оставляет сознательно, зато все остальное запутано и полно загадок, и уж это Бен делает намеренно. Джона подобное одновременно раздражает и захватывает. Порой ему кажется, что он умрет, так и не поняв все это до конца.
Но это ничего, только бы история продолжалась, оставляя их своей частью.
Название:
Александра в стране чудес, или вдогонку за белым кроликом
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Бета:
WTF Benjamin Linus
Размер:
мини, 1072 слов
Пейринг/Персонажи:
kid!
Александра Руссо-Лайнус
,
Бенджамин Лайнус
Категория:
джен
Жанр:
зарисовка
Рейтинг:
PG-13
Краткое содержание:
Шестилетняя Алекс видит сон по мотивам приключений кэрроловской Алисы. События сна перекликаются с реальными событиями времен противостояния Лайнуса и Уидмора
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Александра в стране чудес, или вдогонку за белым кроликом"
«Боже мой, о, мой Боже, как же такое могло произойти? Как же так? Кудах-тах-тах...!» — Алекс становится смешно. Она мысленно дорисовывает миссис Беннет кроличьи уши, жилетку с протянутой из внутреннего кармана цепочкой от часов и лайковые перчатки. Будто наяву слышит голос отца, присевшего на край ее кровати с книжкой в руках — «...Ох, мои ушки и усики, слишком, слишком поздно!» У него так смешно получалось изображать дрожащий кроличий голосок...
Мысли путаются, она прерывисто дышит, не то хихикает, не то всхлипывает, ёрзает на постели, скидывает с себя покрывало, но чьи-то руки заботливо закутывают её вновь, и она ощущает на своем лбу влажную прохладу. Разве она больна? Она только слышала о болезнях, они с папой живут там, где никто никогда не болеет. Ах да, она, кажется, перегрелась на солнце, когда они играли с Минди. Так сказал папа, он нес её на руках... У него был сердитый голос, судя по всему, миссис Беннет не поздоровится.
Алекс проваливается в беспокойный, мельтешащий красками сон. В нем она продирается сквозь джунгли, пытаясь поспеть за мелькающим среди зелени белым пятнышком. «Мистер Кролик! Чуть помедленнее, пожалуйста!». Она хочет крикнуть ему вслед, но горло пересохло и осипло. Где же эта нора? Ага, вот она. Алекс без колебаний ныряет в темноту отверстия, скатывается вниз, мимолетно подумав, что любимое платье — голубое, с вышитыми мелкими розовыми розочками — испачкается и порвется. Ну и пусть. Катится, будто с горки, сердце сладко замирает, словно на головокружительном аттракционе, а когда спуск заканчивается, и под ее ногами, обутыми в новехонькие синие сандалии, образуется пустота, нелепо машет руками, пытаясь полететь. И, кажется, это помогает — она плавно опускается на дно кроличьей норы, целая — невредимая. Уф. Но где же мистер Кролик? Вокруг настоящий лабиринт — несколько коридоров, ведущих непонятно куда. Как на днях, когда она заблудилась в пещере... Она долго плутала, а когда выбралась, оказалась в совершенно незнакомом месте, и там были эти двое мужчин, и что-то на траве, что-то непонятное... Она затаилась в зарослях, пытаясь не дышать и лишь мысленно шептала — «папа, папочка...». Алекс вдруг с головы до пят прошивает страхом. Она судорожно прислушивается, и — о, чудо — из левого коридора смутно доносится знакомый голосок, усиленный эхом — «...я совершенно опоздал, ох, мои ушки, мои усики!». Она кидается на голос и бежит, что есть мочи, бежит на свет в конце длинного тоннеля. Влетает в зал с огромным овальной формы столом посередине, сплошь заставленный посудой. Все присутствующие оборачиваются в её сторону. Они все здесь, все знакомые лица. И отец в черном старомодном сюртуке с розочкой в петлице и большущей странной шляпе, украшенной перьями и мишурой, и миссис Беннет в образе Белого кролика, и дядя Ричард в нелепом театральном костюме то ли рыцаря, то ли паяца, с неровно нарисованными над верхней губой усами, и все их соседи. Потому что время пить чай, вот почему. Ей становится немного стыдно за свой растрепанный, запыхавшийся вид и испачканное платье. Алекс одергивает подол, заправляет за ухо выбившуюся прядь волос, делает реверанс. «А вот и наша малышка!» — она оборачивается на голос, неприятный такой голос, вкрадчивый, с хрипотцой, он не сулит ничего хорошего. Мистеру Уидмору даже где-то идет ярко-красный мелко завитый парик, зубчатая корона и платье с корсетом. Алекс вновь прошивает страхом, будто иглой. Потому что одним из тех мужчин, которых она случайно встретила в джунглях, был он. «Я знаю! — хочет она крикнуть, — Я знаю, что вы сделали, я видела!». Но крик застревает в горле, когда Красная Королева указывает на нее пальцем и произносит — «Отрубить ей голову!». Отрубить голову... В её мозгу словно колотятся крошечные молоточки, вертятся колесики и шестеренки. Там, на траве... Человек с нелепо и неестественно запрокинутой назад головой, а вокруг все красное, очень ярко красное, как парик и платье Красной Королевы. К ней тут же кидается неизвестно откуда взявшаяся стража, слышатся крики, звон разбитой посуды. Все вокруг смешивается в разноцветный водоворот мелькающих ног, обутых в старомодные туфли и сапоги, оборки платьев, полы сюртуков, скатерть с бахромой... Алекс проползает под столом и кидается к выходу, когда чьи-то руки хватают её и тянут в противоположную сторону. Она панически бьется и успокаивается, только услыхав над ухом голос отца — «Тише, тише! Я спрячу тебя!». Вдвоем они ныряют в неприметную дверцу в стене, а потом Бен тянет её за собой, петляя по коридорам королевского замка. Конечно же, это королевский замок, что же еще — стены из голого камня, украшенные гобеленами и гербами, рыцарские доспехи в нишах, канделябры со свечами, старинная, припорошенная пылью посуда. По пути Алекс падает, больно расцарапав левую коленку, её тут же подхватывают, ставят на ноги, и они бегут дальше. Бен вдруг резко останавливается, слепо шарит перед собой ладонями, и Алекс понимает почему — все, впереди тупик. Им некуда бежать, они попались. Сердце колотится от отчаяния и быстрого бега, его стук сливается с топотом бегущих ног. Бен оборачивается лицом к преследователям, задвигая Алекс за спину. Она отступает на шаг, упирается лопатками в холодную стену, глядит на него сквозь наполнившую глаза влагу. Отец всегда казался ей очень большим и сильным, невероятно сильным. Теперь он кажется ей маленьким и беззащитным в своей дурацкой шляпе и сюртуке, узкоплечий, на целую голову ниже затянутых в доспехи стражников и грозной фигуры Красной Королевы. Безумный Шляпник... Она однажды слышала, как про него судачат соседки. Что, мол, странный он, как будто не в себе. Но вот, Бен протягивает руку к канделябру со свечами и тот вдруг превращается длинный сверкающий клинок. Алекс смеется от восторга, размазывая по щекам непросохшие слезы. Теперь она уверена, что все закончится хорошо, что они победят. Бен всегда защитит её. Он защитит...
Она просыпается с мокрыми ресницами, беззвучно смеясь. За окнами светает, а у её кровати горит неизменный ночник. Рядом на тумбочке раскрытая иллюстрированная книга в яркой обложке — Л. Кэррол, «Алиса в Стране чудес». Алекс, осторожно проводит ладонью по гладкой бумаге, будто боясь, что нарисованные персонажи оживут и выпрыгнут наружу. Потом отбрасывает одеяло, спускает босые ноги на пол. Интересно, откуда эта ссадина на левой коленке? Той самой, которую она ушибла в коридорах замка. Об этом она размышляет по дороге в ванную комнату. Дверь в кабинет отца неплотно прикрыта, из-за неё доносятся голоса. Алекс вздрагивает, узнав второй голос. Неприятный, вкрадчивый, с хрипотцой. Который не сулит ничего хорошего.
— ...пришлось очень кстати, верно, Чарльз? — голос Бена вибрирует, будто перетянутая струна, — Кристиан исчез бесследно, как раз в тот момент, когда должен был свидетельствовать против твоего помощника, человека, которого ты называешь своей правой рукой.
— Бывают в жизни и совпадения. Не стоит искать везде злой умысел, мой друг. — Уидмор пытается изобразить миролюбивый тон, но получается у него не особенно удачно. — Если бы у тебя были реальные доказательства вины моего человека, я без колебаний предал бы его суду. В ряде вопросов я абсолютно беспристрастен.
— Хочется верить... мой друг. Хочется верить.
Алекс отступает назад с заколотившемся сердцем, на цыпочках бежит в свою комнату и с головой ныряет под одеяло. Папа всегда защитит её. Если она расскажет ему, что видела в джунглях, он непременно защитит её. Не стоит даже сомневаться.
Название:
Прикладная наука
Переводчик:
WTF Benjamin Linus 2015
Оригинал:
Applied Science
by
Blackwolf-20
, (разрешение на перевод отправлено)
Размер:
мини
Персонажи:
Дэниел Фарадей
,
kid!Бенджамин Лайнус
Категория:
джен
Жанр:
Missing scene
Рейтинг:
G
Предупреждения:
спойлеры к пятому сезону (ахтунг! спойлеры даже в саммари!)
Краткое содержание:
читать дальше
В результате событий начала 5го сезона Фарадей, Сойер, Джульет и Майлз перенеслись в прошлое. Пока Фарадей пытается найти способ все исправить, он размышляет о том, может ли рассказать о будущих событиях тем, кого он узнает только через много лет.
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Прикладная наука"
Дэниел торопливо просматривал пачку файлов и бумаг, разложенных перед собой на обеденном столе, прямо на улице. Большинство листов были исписаны его почерком, другие – просто ксерокопии книжных страниц. Дэниел читал один документ за другим, время от времени склоняясь над маленькой коричневой записной книжкой, бормотал себе под нос обрывки формул, выписывал их. Он просидел так всё утро, изучая документы и игнорируя недоумевающие взгляды прохожих.
Дэниел знал, что нужно быть осторожнее. Таким делом следовало бы заниматься в помещении, а не на улице, где сотрудники Дарма Инишиатив могли увидеть, над чем он работает. Если они каким-либо образом узнают, что он не должен быть в этом времени, что он – а еще Сойер, Джульет и Майлз – из будущего, то серьезных проблем не избежать.
Конечно, если им поверят, что они из будущего. Он был уверен, что ученые вроде доктора Пьера Ченга обязательно присмотрятся к его заметкам, если те только попадутся им на глаза.
Так что работать так, в открытую, было безрассудно, но у него была цель. Необходимо было найти способ вернуть их в свое время. Пока что ни один из его документов не помогал. Он вздохнул и почесал в затылке. На ум уже приходила мысль: может попросить отца Майлза посмотреть его записи?
Услышав детский смех, он отвлекся и поднял голову. Недалеко от его рабочего стола стояли качели. Маленькая рыжеволосая девочка, взвизгивая от восторга, раскачивала их, чтобы взлететь еще выше.
Дэниел словно окаменел, он знал ее. Знал, кто она, и ничего не мог поделать. С момента их перемещения в прошлое он придерживался девиза: «Что бы ни произошло – это уже случилось», утверждающего, что прошлого не изменить, что бы они ни делали. Дэниел больше всего на свете желал, чтобы это было неправдой. Как же хотелось сказать ей что-нибудь, объяснить, что это – опасное место и ей никогда нельзя сюда возвращаться. Это бы спасло ее. Но он не был уверен, что сможет сделать хоть что-то. Не был уверен, что это что-либо изменит.
– Мне жаль, Шарлотта, – бормотал он, – мне так жаль.
– С кем ты разговариваешь?
Дэниел вздрогнул, оборачиваясь. За его спиной стоял русоволосый мальчик в очках. Фарадей с глупым видом уставился на него, открыв рот, будто тот был восьмым чудом света. Мальчик спокойно смотрел в ответ.
Слегка оробев, Дэниел отвернулся и снова посмотрел на рыжеволосую девочку. Она так отличалась от ребенка, стоящего сейчас рядом…
– Ты её знаешь? – спросил мальчик, проследив направление его взгляда.
Хотелось сказать: «Еще нет», но Дэниел не смог.
– Э-э... вроде того. А ты?
Мальчик покачал головой и подошел ближе, пытаясь рассмотреть бумаги, разложенные на столе.
– Ты ученый? – спросил он.
Дэниел даже не удивился тому, сколько вопросов задает этот ребенок.
– Да, я ученый. А ты очень любопытный, Бен.
Бен Лайнус посмотрел на него, приподняв бровь:
– Откуда ты знаешь, как меня зовут?
Дэниел пожал плечами:
– Рассказали.
Но мальчика это, кажется, не убедило.
– Кто ты?
Дэниел помедлил, прежде чем ответить, ведь Бен в будущем тоже об этом узнает.
– Дэниел Фарадей.
Тот медленно кивнул, затем снова склонился над бумагами.
– А что ты исследуешь? Всякую фигню для экспериментов Дармы?
Заметить открытую неприязнь в голосе Бена по отношению к Дарме было несложно, и Дэниел еще раз с любопытством присмотрелся к нему. Чего сейчас точно не следовало делать, так это рассказывать о своих исследованиях десятилетнему Бенджамину Лайнусу. Неудачно подобранные слова могут в дальнейшем повлиять на его кампанию против Дармы. Подумав об этом, Дэниел вдруг почувствовал жалость.
– Нет, это мои эксперименты, – ответил он, бросив взгляд на бумаги, которые Бен разглядывал через его плечо.
– Выглядит сложно.
Дэниел оценил серьезный детский взгляд. Хоть Бен и сказал, что выглядит сложно, кажется, в уравнениях он кое-что понимал. Фарадей торопливо собрал бумаги, лишив его возможности разглядывать их дальше и кивнул:
– Так и есть.
Мальчик ссутулился, кажется, обиженный тем, что ему не разрешили посмотреть.
– Любишь науку, Бен?
Бен пожал плечами.
– Когда как.
– Ну, наука может… хорошо объяснять, что происходит. Хотя здесь, на Острове, бывает сложно найти ей применение.
Бен нахмурился, а Дэниел улыбнулся при мысли, что тот, наверняка, недоумевает, к чему это сказано.
– А что ты ответишь, если я скажу тебе, что я из будущего?
Бен выглядел ошарашенным.
– Докажи.
– Хотел бы я, чтобы у меня были доказательства, но поверить можешь только мне на слово. И тому, что я тебя знаю. Знаю, например, что тебе интересно. Другие.
По лицу Бена пробежала тревога, но в следующую секунду оно стало совершенно непроницаемым.
– С чего ты взял, что они мне интересны? – спросил он. – Они наши враги.
– На самом деле? – словно в шутку поинтересовался Дэниел, пытаясь определить, действительно ли местные были врагами или Бен руководствовался только своим мнением. И хотя он не проявил никакого интереса, было понятно, что это ложь - Бен не считал их врагами. Нет. Они действительно были ему интересны.
Дэниелу был совсем неведом этот ребенок, так же как и причины его симпатии к местным. Единственное, что приходило на ум, так это то, что Бену надоела жизнь среди сотрудников Дармы, он будто даже посветлел от вопроса, решив, что Фарадей думает о Других так же. Но вслух только обронил:
– Они нам не мешают, пока мы не мешаем им.
– Понятно… – пробормотал Дэниел, снова возвращаясь к бумагам.
– А что еще ты знаешь обо мне?
– Хм-м, ну, я знаю… – помедлил Дэниел. Он понимал, что это плохая идея, знал, что вообще не следовало ничего говорить, но сейчас было уже поздно. В то же время представлялась замечательная возможность проверить, провести эксперимент, перефразировав собственные слова, и затем посмотреть на результат. – Я знаю, ты можешь добиться в точности того, чего хочешь, Бен. Всего, но… это ошибка. Не мне указывать тебе, что делать, но я хотел бы кое-что посоветовать.
Сначала Бен выглядел довольным обещанием, что его мечты сбудутся (в частности мечта о том, чтобы стать одним из Других), но от последней фразы невольно прищурился:
– Что?
– Не… позволяй своим желаниям подавить тебя. Я когда-то совершил эту ошибку, потому что не смог остановиться. Какими бы ни были твои причины присоединиться к Другим, не…
– Бенджамин!
Дэниел и Бен одновременно обернулись на окрик. Длинноволосый мужчина, пошатываясь, стоял на крыльце, зажав в руках банку пива, и оглядывался в поисках сына. Сходя с крыльца, он споткнулся.
– Бенджамин! Где ты, чертов мальчишка?
Бен залился краской стыда и опустил голову.
– Мне надо идти.
Дэниел кивнул, все еще растерянный из-за того, что его перебили.
– А… хорошо…
Бен заторопился навстречу мужчине, который уже издали принялся кричать на него за опоздание. Он схватил Бена за руку и потащил в дом.
Теперь Дэниел знал. Знал, причину, тянувшую Лайнуса к Другим с детства. Уж он-то понял, у его матери тоже был характер не из легких.
Фарадей вздохнул и вернулся к работе, бросив еще один осторожный взгляд на рыжеволосую девочку. Она перестала качаться на качелях и разговаривала со своей мамой. Та улыбнулась и протянула Шарлотте вишневый леденец, она так отличалась от отца Бена, и совершенно очевидно, что это и привело к двум разным судьбам – один из детей рос счастливым.
Может быть, ему и не удастся ничего изменить, если он поговорит с Шарлоттой и попросит ее не возвращаться. С другой стороны... а вдруг. После того, как он рассказал Бену правду, в которую тот мог и не поверить, Дэниел считал, что может нарушить правило и во второй раз. По крайней мере, он будет знать, что пытался.
В конце концов, он пытался спасти Бена, и последствия этого были ему известны.
код
<div align="center"><a href="http://wtfcombat2015.diary.ru/?tag=5210816"><img src="http://imageshack.com/a/img673/1245/8L82ko.gif"</a></div>
URL
U-mail
Дневник
Профиль
Комментировать
Поделиться
00:09
миди+список ver2
миди+список
Три дольки лимона, один зубчик чеснока и сельдерей
Александра в стране чудес, или вдогонку за белым кроликом
Отведи меня в церковь
Название:
Отведи меня в церковь
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Бета:
WTF Benjamin Linus 2015
Размер:
миди, 7945 слов
Пейринг/Персонажи:
Бенджамин Лайнус
, Гарольд Финч, Джон Риз, Медведь, Лайонел Фаско, ОЖП
Категория:
джен
Жанр:
фантастика, философия, экшн
Рейтинг:
PG-13
Предупреждения:
сиквел к работе «Обмен», написанной на ФБ-2013:
fk-2o13.diary.ru/p191324026.htm
Краткое содержание:
Высшие силы вмешиваются в нашу жизнь – незаметно подспудно, а иногда и напрямую. И вот, кто-то оказывается за тысячи миль от дома, чтобы попытаться перезагрузить операционную систему бортового компьютера космического корабля внеземного происхождения, а кто-то переносится из самого странного места на Земле в центр громадного мегаполиса и пытается спасти кого-то очень важного.
Примечание:
кросс-овер с «Person of Interest», тайминг - середина второго сезона
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Отведи меня в церковь"
Take me to church
I'll worship like a dog at the shrine of your lies
I'll tell you my sins and you can sharpen your knife
Offer me that deathless death
Good God, let me give you my life... (с) Hozier
1. Бен
Кажется, сегодня пятница. Да, точно. Близятся ранние сумерки; слабые лучи ноябрьского солнца едва-едва пробиваются сквозь редкую облачность, натыкаются на крыши и стены небоскребов, переплетения проводов, нагромождения фонарных столбов, светофоров и бессильно обвисают, так и не достигнув серого асфальта.
Мегаполис сдержанно гудит шумом проезжающих мимо авто, отголоском полицейских сирен, человеческими голосами, музыкой, звучащей непонятно откуда, мигает световыми рекламными панно. Электрический свет, смешиваясь с солнечным, бросает на асфальт резкие тени от человеческих фигур. Двое мужчин и одна собака идут рядом.
Бену нравятся огромные города. Не то, чтобы он жаждал поселиться в одном из них, нет. Слишком суетливо, чтобы терпеть это изо дня в день, слишком много людей, слишком много раздражающих факторов. Но на короткое время очень даже. Да, вполне. Особенно если надо улаживать дела, требующие нестандартных подходов. Он украдкой косится снизу вверх на своего рослого спутника. Глаза Джона Риза теряются в глазницах, черты кажутся резче. Все его лицо расцвечено кровоподтеками. Три сломанных ребра, легкое сотрясение мозга, трещина лучезапястной кости, царапины и гематомы не в счет. И он идет выгуливать собаку. Чудно. Человек-терминатор. Несгибаемый, упертый, несговорчивый. И крайне трудно управляемый. Теперь вот Риз усиленно делает вид, будто его, Лайнуса, тут просто нет. Будто он пустое место. Можно путем логических умозаключений догадаться, что совместные прогулки были для этих двоих чем-то особенным, даже интимным. Бен сардонически дергает уголком рта. Как трогательно, боже ты мой. Медведь время от времени оглядывается на него через плечо с немым вопросом и даже, как будто, с неодобрением в глазах. Угу, и он туда же. Кто угодно мог перепутать их с Финчем, но только не собака. Впрочем, Риз тоже догадался практически сразу. Два верных пса…
В Центральном парке все как обычно — ровные дорожки, присыпанные опавшей листвой, спортсмены, собачники, почти голые ветви деревьев и кустарника, чуть подрагивающие на ветру. Риз отцепляет поводок, медленно опускается на скамью. Болезненная гримаса едва заметной тенью мелькает на его лице. Лайнус пристраивается рядом — не слишком близко, но так, чтобы со стороны они не выглядели незнакомцами, случайно усевшимися на одну скамейку. Молчит. Он хорошо знает, когда и что нужно говорить, а когда стоит просто помолчать. Риз не выдерживает первым — медленно поворачивает голову, глядит в упор, тяжело и недобро. Отек на левом глазу заметно спал, но зрелище все равно не для слабонервных. Произносит — негромко, с хорошо рассчитанными интонациями, заставившими бы любого здравомыслящего человека немедленно ретироваться куда подальше.
— И какого черта ты тут делаешь, а?
Лайнус смотрит в ответ открыто и младенчески невинно. Отчего-то в голове всплывает первая неделя после их знакомства, тот день, когда Риз впечатал его в стену, замахнулся кулаком, да так и застыл изваянием. И Лайнус мгновенно интуитивно понял, что тот никогда его не ударит. Не ударит, не выстрелит и не причинит вред. Просто физически не сможет.
— Я приглядываю за тобой, Джон. Характер твоих травм таков, что ты можешь грохнуться в обморок прямо посреди улицы.
— Супер. Я сейчас расплачусь.
Риз отворачивается, уставившись перед собой в одну точку.
— Джон…, — голос Бена звучит мягко, но не вкрадчиво, а с той максимальной искренностью и теплотой, на которую он только способен, — Ты не должен отвергать мою помощь. Однажды ты уже отверг её. Помнишь, к чему это привело? Ты потерял своего подопечного, свой номер, так вы их называете. А сам оказался в руках колумбийского наркокартеля, откуда, между прочим, именно я тебя вызволил. — Губы Риза сжимаются в тонкую линию, лицо каменеет. — Тебе придется признать, что один ты не справишься.
Тот вновь медленно поворачивает голову в его сторону.
— Я понимаю, зачем все это нужно было Финчу, я понимаю его мотивы. Но я не понимаю, зачем тебе нужно мне помогать. Пока я этого не пойму — мы не сработаемся.
Бен отворачивается, покусывает губу, морщит лоб.
— Послушай… Я не стану строить из себя филантропа и спасителя мира. Но я не бессердечный злодей, каковым ты меня, по-видимому, считаешь. У меня есть то, что мне дорого, то, что я хочу защитить. И на данный момент, наши с тобой интересы совпадают. Устроит тебя такой расклад?
Медведь появляется откуда-то сбоку, тащит в зубах то ли ветку, то ли древесный корень. Гордо кладет добычу Ризу на колени, садится рядом, всем своим видом показывая, что ожидает похвалы. Джон рассеяно проводит ладонью меж собачьих ушей, его мысли явно витают где-то далеко. Так и не удостоив Лайнуса ответом, он встает, пристегивает поводок и направляется к выходу из парка, а Бену ничего не остается, кроме как последовать за ним, проклиная про себя несгибаемую упертость этого человека.
Когда где-то на пол-пути к библиотеке один из таксофонов начинает звонить, Риз заметно вздрагивает, на миг утратив железный самоконтроль. Замирает посреди улицы, потерянно и обреченно глядя на злосчастный аппарат, настойчиво продолжающий заливаться переливчатой трелью.
— Возьми трубку, Джон, — произносит Лайнус, пряча в мягкости тона сталь приказа, — ты же не собираешься сдаваться, верно? Возьми её, и не повторяй прошлых ошибок. Теперь жизни ваших номеров зависят только от тебя.
Риз деревянно делает шаг в сторону, снимает трубку и подносит к уху. Пока он запоминает код, Бен пристально вглядывается в мигающий алым огонек уличной камеры прямо над их головами. Он думает о том, зачем человек, который создал монстра, мог понадобиться Острову.
2. Гарольд
Аварийный ящик принесло течением на третий день. Весьма кстати — растительная диета успела ему порядком поднадоесть. Финч с трудом выволок его на берег, вскрыл и, к радости своей, обнаружил, что содержимое почти не пострадало после длительного пребывания в воде. Счастливая случайность тут была не при чем — он сам заблаговременно позаботился о том, чтобы его личный самолет был оснащен должным образом. В ящике обнаружился фонарь, набор инструментов, одеяло, газовая горелка, консервы, аптечка, бритвенный прибор, зубная щетка, паста, туалетная бумага и некоторый запас питьевой воды, в котором особой нужды не было, поскольку местная вода была чистой на вид и не вызывала неприятных последствий после употребления. «Выживают параноики», так он любил говорить. Какова была вероятность, что его самолет разобьется, что он выживет и окажется на необитаемом острове в океане? Память услужливо подбросила удручающе крошечные числа, которые ему были известны задолго до аварии, но он все равно позаботился об аварийном ящике. Потому что выживают параноики.
Распаковав аптечку, Финч выкатил на ладонь две обезболивающие пилюли, некоторое время задумчиво на них глядел, а потом отправил обратно во флакон. Боль в пояснице и шее исчезла. Хотя по всем законам медицины, логики и здравого смысла, она должна была усилиться — шок от аварии, пребывание в воде, две ночевки на голой сырой земле. Он по-прежнему не мог повернуть голову, но хромота почти прошла. Это заставляло его сомневаться в реалистичности происходящего. Собственно, как и многое другое.
Обломки самолета продолжали появляться. Волны, вальяжно накатывая на белоснежный, как на лучших курортах, песок, оставляли их на берегу, словно пёс, который приносит мячик хозяину. Гарольд вытаскивал обломки на берег и тщательно изучал. Он, в целом, только и делал, что думал. Чем еще заняться человеку, оставшемуся без компьютеров, книг, музыки?
Паззл никак не складывался. Во-первых, причина катастрофы так и осталась ему неясна. Приборы вдруг, ни с того, ни с сего, словно взбесились, он едва успел переключиться на ручное управление и попытался выровнять самолет. А потом был белый слепящий свет. Он летел в Мельбурн. Зачем? Нет, серьезно. Такое ощущение… Такое ощущение, что Машина сознательно подводила его к этому полету в интересах их нового номера, которым оказался австралийский дипломат. На кой черт ему понадобилось лететь на своем самолете на такое расстояние? Ах да, билеты на ближайший рейс закончились, вот незадача. Можно было подождать следующего. Что толку сейчас сожалеть? Интересно, как там Джон. Как он справляется. Нет, он не мог поверить… Не мог. Если бы Джона не стало, он бы это почувствовал, это на уровне каких-то первобытных инстинктов. Джон тоже не должен. Он должен надеяться и ждать. Он должен его искать. И, возможно, найти. С помощью Машины. Машина… Финч чуть заметно качает головой. Нет, не сходится. Судя по обломкам, он не мог выжить. Ну никак. Он не мог добраться до берега, он даже спасательный жилет надеть не успел, все случилось чересчур быстро. А он окончательно пришел в себя уже на берегу, до этого момента сознание подбрасывало лишь какие-то невнятные куски картинок. И на нем были очки. Какова вероятность того, что человек, упавший в воду, оглушенный и дезориентированный, сохранит свои очки, не приклеены же они к лицу, в конце концов? Можно высчитать процент в уме, ради интереса.
По ночам на небе зажигаются звезды. Финч лежит на спине и бездумно глядит на сияющие огоньки в темноте необъятного космоса. Когда он в последний раз вот так валялся без дела и смотрел на звездное небо? Очень, очень давно. Экраны мониторов заменили ему целый реальный мир, к добру, или к худу. Ночи были теплыми. Он укутывается в одеяло и пристраивает свернутую куртку под шею. Не ортопедическая подушка, конечно, но, учитывая отсутствие привычных болевых ощущений, вполне приемлемо. Засыпает быстро, утомленный дневной жарой и непривычной физической активностью. Вернее сказать, Финч думает, что засыпает. Это можно назвать сном с большой натяжкой. Больше похоже на странное оцепенение, во время которого его мозг продолжает работать чуть меньше чем наполовину, рождая непонятные ему образы и ощущения. Ему кажется, что он висит в пустоте космоса, а прямо под ним огромный часовой циферблат. Реально огромный, размером с… остров. И это лишь фасад, поверхность, а внутри сложнейший механизм, гораздо более сложный, чем любой часовой механизм, и даже более сложный, чем любой компьютер. Даже Машина… Даже Машина? Эта мысль заставляет его внезапно и резко проснуться, вернее, выйти из оцепенения. Волны успокаивающе шепчут неподалеку, темный горизонт сливается с водной поверхностью. Джунгли позади него живут своей загадочной ночной жизнью, вмешиваться в которую у Гарольда нет никакого желания. Но не хватает какого-то звука. И Финч вдруг понимает, какого именно — тиканья часов. Этот звук должен быть довольно громким. Значит, часы остановились. Он натягивает одеяло до самого подбородка, нашаривает лежащие рядом очки. Часы остановились. Что бы это значило? Веки тяжелеют, неудержимо клонит в сон, и он засыпает.
А утром за ним приходят люди.
3. Лайонел
— Что тебя беспокоит?
Джосс прикусывает нижнюю губу, морщит лоб. Во всей её позе сквозит тревога и напряжение.
— Мне не разрешили их допросить… Если они виновны, то наверняка должны что-то знать про HR. Если виновны…, — она замолкает, мотнув головой и глядит в одну точку.
— Отдел внутренних расследований никому не позволяет вмешиваться в их работу, ты же знаешь.
— Знаю. Но мне от этого не легче.
Фаско внезапно обуревает острый приступ сочувствия и заботы с легкой примесью раскаяния. Ему хочется положить руку ей на плечо, что-то сказать и сделать, что помогло бы снять с нее хотя бы часть тревог и нераскрытых загадок. Но это плохая идея, учитывая нрав напарницы, и он просто позволяет ей вновь углубиться в чтение чьего-то досье, целая стопка коих высится на её столе справа от монитора. Да, дело о двух детективах отдела по борьбе с наркотиками, которых взяли с поличным при получении взятки, дурно пахнет, это понятно. Такие дела всегда пахнут дурно. Одного из арестованных полицейских, детектива Кастилло, Картер знала лично еще с академии. Это всегда тяжело. А тут еще Риз… Чудо-парень скрытничает, он почему-то не хочет рассказывать Картер о том, что Финч исчез, а на его месте оказался двойник. Может и правильно, что не хочет. От всего этого мистического дерьма можно угодить в дурку. Джосс чувствует, что он что-то скрывает, и это не дает ей покоя. С другой стороны - Риз держит в неведении Картер, но доверился ему. Какого, спрашивается? С Джосс они куда более близки, а он всего лишь продажный коп, которого заставили работать на человека-в-костюме под угрозой разоблачения. Ладно-ладно, бывший продажный коп. И работает на чудо-парня и его таинственного босса он уже не из-за страха, а вроде как, по совести. Но все равно — Риз мог принести тот стакан с отпечатками пальцев Картер, а не ему. Теперь у него две головные боли — не проболтаться напарнице, да еще эта ситуация с отпечатками… Риз пока не знает. Фаско тогда не нашел хозяина отпечатков ни в полицейской базе, ни в базах Интерпола и спецслужб, он так и сказал Ризу — полный тупик. Но буквально несколько дней назад эти самые отпечатки мелькнули в деле о полицейских-взяточниках. Разумеется, они не были никем опознаны кроме него, когда он всеми правдами-неправдами получил доступ к сопутствующим делу материалам, чтобы помочь Картер с информацией об HR. Все слишком легко стыковалось в этом деле, подозрительно легко. Неопровержимые улики, острая нужда в деньгах, как личный мотив, свидетельские показания. Правда, обвиняемые упорно отказывались признавать вину. Что ж, их можно понять. Коп в тюрьме — это ходячий покойник. Если это была подстава, то очень умелая и продуманная. Внезапная мысль приходит Фаско в голову, отнюдь не добавляя ему спокойствия. А что, если двойник Финча проворачивает темные делишки в славном городе Нью-Йорке? Тогда понятно, почему Риз обратился к нему, а не к Картер — ей крайне сложно идти на компромисс с совестью. И что же ему теперь делать, черт подери, в самом деле? Если оставить все как есть, то два возможно невиновных человека угодят за решетку. Если начать копать, то это затронет интересы Риза, явно не желающего огласки. Как будто в ответ на эти мысли, телефон в его кармане начинает вибрировать.
— Детектив Фаско…, — Лайонел ощущает, как по его телу ползут мурашки. У этих двоих даже голоса одинаковые. Твою ж мать, а. Что называется, вляпался по самое не балуйся. - Надо встретиться.
— Где и когда?
В горле пересохло, а внутри клубком ворочаются недобрые предчувствия. Фаско машинально кивает головой, запоминая место и время, позабыв, что собеседник не может его видеть. Хотя, со всей этой чертовщиной стоит ожидать чего угодно. Этот звонок… Не может же двойник Финча читать мысли, в самом деле. Мы же цивилизованные люди, не какие-нибудь дремучие дикари, которым легко задурить голову. Так он успокаивает себя по дороге к месту встречи, но получается как-то не очень.
У реки промозгло и сыро; ветер гонит рябь по воде и серые кустистые облака по небу. Фаско шагает по направлению к знакомой фигуре, ощущая внутри то самое неприятное, сосущее и скребущее, что всегда предшествует сложнорешаемым проблемам. Человек, стоящий к нему спиной, опершись о перила ограждения, оборачивается, и у Фаско вновь ползут мурашки по телу. Он, однако, старается придать себе независимый и даже грозный вид — выпячивает грудь вперед, сует руки в карманы. Лучшее средство обороны — нападение.
— Если вы, мистер Злой Близнец, думаете, что я буду каждый раз срываться по первому вашему требованию, то зря. Вы не Финч, и никогда им не станете.
Фаско ожидает в ответ ядовитой злодейской улыбки и какой-нибудь колкости, но Лайнус лишь слегка морщится и устало трет пальцами переносицу. У него невыспавшийся и слегка взъерошенный вид; ворот рубашки в тонкую полоску, проглядывающий поверх воротника пальто, помят, будто кто-то недавно тряс его за шкирку.
— Вы наверняка догадываетесь, зачем вы здесь, детектив. Я знаю, Джон просил вас проверить мои отпечатки. Знаю, что впоследствии вы обнаружили их в неких файлах, которые никак не должны были попасть в поле вашего зрения. И да — я скажу вам именно то, что вы ожидаете услышать. Не лезьте в это. Нет, не торопитесь принимать гордую позу и посылать меня куда подальше. Вернее, вы, конечно, можете это сделать. Послать меня подальше и натравить на меня полицию Нью-Йорка. Только вреда от вашего поступка будет несоизмеримо больше, чем пользы, верите вы в это, или нет. Может вы с Джоном и считаете меня кем-то вроде зловещего профессора Мориарти, но меня не интересуют ни деньги, ни власть, ни грязные игры на правительственном уровне, ни высокие технологии. Сфера моих интересов лежит куда выше всей этой мелкой суеты.
Фаско дергает уголком широкого рта, переминается с ноги на ноги. Ему не хочется признавать, но слова Лайнуса произвели на него впечатление. Отчего-то ему показалось, что они были искренними.
— А что это за сфера такая? — произносит он, кашлянув, и даже не ожидает ответа.
У Лайнуса множество выражений лиц, которые сложно описать словами, ибо человеческий язык чересчур для этого беден. Он глядит на Фаско с одним из этих своих странных выражений, а его не прикрытые стеклами очков глаза кажутся глазами инопланетянина.
— В человеческом понимании, это называется «служение Богу».
4. Джон
— Фу! Брось сейчас же! Фу, я сказала! Плохой, плохой пес! Сколько раз повторять — нельзя хватать всякую дрянь с земли!
Скользнув взглядом по горластой старухе, выгуливающей болонку рядом с его авто, Риз на секунду прикрывает глаза, вертит головой, разминая затекшую шею. Третий день наблюдения за новым номером на исходе, а результат пока нулевой. Плохо. Там, на втором этаже уютного домика в тихом районе зеленых лужаек и площадок для гольфа, еще горит свет. Да уж, дети редко ложатся спать по первому требованию.
Когда-то давно ему на глаза попалась статья ученого-генетика, который писал, что для улучшения генома человека нет ничего полезнее, чем смешение генов различных наций и рас. Кристиан Линдрусен, швед по происхождению, высок и тощ, как жердь, у него редкие светлые волосы, серые глаза под тяжелыми веками, вытянутое лицо и широкий лоб с залысинами. Его жена Малика ниже мужа на две головы, её кожа цвета густого кофе с легкой примесью молока, смоляные кудри, черные глаза, бархатистые из-за длинных ресниц и очаровательные ямочки на щеках. Их дочери Саге восемь лет и четыре месяца, она светлокожая и голубоглазая, её пшеничного цвета волосы вьются крупными кольцами, а губы пухлые как у матери-мулатки. Лучшая ученица в классе, играет на скрипке и фортепиано, сама сочиняет музыку, победитель разного рода детских конкурсов. Благополучный ребенок-вундеркинд из благополучной семьи — отец программист в «PID-Технолоджиз», мать домохозяйка, младший брат или сестра на подходе, Линдрусены еще не узнавали пол будущего ребенка. Почему Машина выдала номер девочки? Хороший вопрос. Они с Лайнусом узнали об этой семье практически все. Позавчера Бен появился в их доме под видом электрика, проторчал полтора часа на кухне, попивая чай и мило беседуя с Маликой. Надо признать, что хоть ему и далеко до Финча в плане компьютеров, зато он из тех людей, про которых говорят — «без мыла в любую задницу пролезет». В способности втираться в доверие, пудрить мозги и выведывать информацию, Лайнус обогнал не только Гарольда, но и его самого тоже, несмотря на крайне интенсивную подготовку в ЦРУ. Малика легко и незаметно выболтала ему всю семейную историю, вплоть до своих занятий йогой, детских хворей Саги и планов на ближайший отпуск мужа. Вдобавок, он подключился к домашней компьютерной сети, что позволило контролировать всю виртуальную жизнь Линдрусенов. В ней, на первый взгляд, не было ничего примечательного — заказы в интернет-магазинах, страничка Малики на фейсбуке с невинным женским трепом о кулинарии, моде и воспитании детей, рабочая переписка Кристиана. Но это только на первый взгляд. Выяснилось, что с домашнего компьютера регулярно уходят некие сообщения, адресованные словно бы в никуда, по крайней мере, отследить получателя не удалось, как и понять смысл посланий, которые напоминали программный код, не поддающийся расшифровке. Отправителем явно мог быть только Кристиан, учитывая специфику его работы. Что это было? Промышленный шпионаж? Или что-то посерьезнее?
В такие моменты Ризу особенно сильно не хватает Гарольда. Впрочем, себе самому он может не врать — нехватка Гарольда не имеет ничего общего с работой. Это похоже на фантомные боли в ампутированной конечности — зудяще, неотступно, с периодическими острыми вспышками, вроде накатывающих приступами желаний сорваться с места и нестись в библиотеку, в надежде застать там Финча — родного, уютного, с прямой закаменевшей спиной и разноцветными точками от светящихся мониторов в очках; серьезного, сосредоточенного и неприступного, с загадочной улыбкой, затаившейся в уголках губ. Но на месте Финча неизменно оказывается Лайнус, похожий на его искаженное отражение в зеркале — то же лицо, но другая мимика, те же глаза, но другой взгляд, та же фигура, но совершенно иная манера двигаться и совершенно другой стиль в одежде. Риз почти привык. Почти. Или просто внушил себе, что нужно привыкнуть, перетерпеть, дождаться. Финч вернется. Обязательно. Мучительнее всего осознание факта, что он никак не способен повлиять на возвращение Гарольда. Можно привязать Лайнуса к стулу и выбить из него все, что он знает о происходящем, а потом действовать сообразно полученной информации. Теоретически да, можно. А на практике он даже не смог его ударить. Ни разу. Хотя раздражающая язвительность в совокупности с невероятной проницательностью последнего, особенно в части больных мест собеседника, частенько вызывала скрежет зубовный и нестерпимый зуд в верхних конечностях.
Мотнув головой, Риз отгоняет посторонние мысли, вновь сосредотачиваясь на текущей задаче. Светящиеся фары движутся вдоль улицы слева; он, подавшись вперед, пристально наблюдает, как к соседнему дому подъезжает замызганный джип, останавливается перед въездом в гараж и усатый крепыш в болотного цвета ветровке, появившийся изнутри, начинает сноровисто выгружать из багажника рюкзаки, свертки и рыбацкое снаряжение. Хм… Это, совершенно определенно, его дом и его машина, и он, совершенно определенно, отсутствовал дома как минимум несколько дней. Тогда чей же серый «Вольво» маячил возле дома все это время? Риз успел основательно изучить всех соседей Линдрусенов и их машины. Из «Вольво» никто не выходил, по крайней мере, последние часов шесть, Ризу изначально показалось, что машина пуста и припаркована возле дома хозяевами, которым не хватило места в гараже. Странно…
Включив габаритные фары, он осторожно трогается с места и, как бы невзначай, проехав вплотную к «Вольво», успевает разглядеть на водительском сидении человеческий силуэт. Свернув налево на ближайшем перекрестке, Риз вновь глушит двигатель. Вот так-так. Оказывается, не он один наблюдает за домом. К добру, или к худу, но события сдвинулись с мертвой точки. Телефонный звонок звучит как будто в ответ на его мысли.
— Что у тебя? Ты разгадал шифр?
— Нет, Джон, пока нет. — Лайнус всегда называет его по имени, и это хорошо. «Мистер Риз» звучало бы гораздо хуже. — Я сделал кое-что другое. Я включил камеру на мониторе домашнего компьютера Линдрусенов, как раз в тот момент, когда отправлялось очередное сообщение. И знаете, что я обнаружил?
— У меня нет времени и желания разгадывать твои загадки, — голос, помимо его воли, повышается на полтона и звучит, мягко говоря, не особенно дружелюбно. Ничего, с Лайнусом не обязательно нежничать.
Тот замолкает на секунду, будто запнувшись.
— Это не Кристиан Линдрусен посылает шифрованные письма. Это делает его дочь. И пять минут назад она получила ответ на свое послание.
5. Гарольд
— Еще далеко?
Остановившись, Финч вытирает вспотевший лоб и затылок легким хлопковым шарфом, потом, брезгливо поморщившись, снимает его с шеи и сует в карман брюк. Недавно прошел ливень, воздух буквально пропитан удушающей влагой. Малейшее физическое усилие — и одежда начинает противно липнуть к телу, а волосы повисают мокрыми сосульками. Даже очки запотели, б-р-р-р! Да уж, для изнеженного горожанина, привыкшего к удобствам, самое тяжкое испытание это отсутствие душа и туалета. А ведь есть люди, которые специально тащатся в дикие места, живут в палатках, а то и спят на голой земле, готовят пищу на костре и неделями не моются. И это считается романтикой. Поразительно.
Его спутник оборачивается, терпеливо ждет. Подстраиваться под финчевскую хромоту, наверняка, тот еще раздражающий фактор. Вот Джон, он практически сразу… Нет, лучше не надо. Джон далеко, за тысячи миль. Увидятся ли они снова — большой вопрос, так что не стоит бередить душу.
— Вы что-то сказали?
— Я спросил — далеко ли еще?
У Ричарда Алперта странное выражение лица. Не то, чтобы Гарольд был хорошим физиономистом и психологом, но его с самого начала преследовало ощущение, что ему чего-то не договаривают. Поначалу, когда его отвели в тот поселок, к цивилизации, он испытал острый приступ радости и надежды на скорое избавление, ведь наверняка у этих людей имелась связь с внешним миром. Потом он некоторое время наслаждался комфортом, получая неизъяснимое удовольствие от таких простых и обыденных вещей как горячий душ, чистая одежда и возможность поесть, сидя за нормальным столом и пользуясь приборами. Ричард был главным, так ему показалось с самого начала. Приветливый, вежливый человек, на первый взгляд, готовый ответить на любые вопросы, но, на деле, цедящий информацию в час по чайной ложке. К чему вся эта таинственность? Возможно, здесь, на острове какая-то секретная научная лаборатория? Версия, безусловно, заслуживающая внимания. Если это так, то у него могут быть проблемы. Его могут, в конечном итоге, просто не выпустить отсюда. Такие мысли преследовали Гарольда, пока он пытался выудить у своего гостеприимного собеседника хоть что-нибудь полезное. Оказалось, что у Ричарда есть вышестоящее начальство — некто по имени Джейкоб. Отчего-то при звуках этого имени, все островитяне резко замолкали и отводили глаза. Плохой признак. Этот Джейкоб, должно быть, суров и внушает страх. И еще - какой стране и какой нации принадлежала эта колония? Все островитяне свободно говорили по-английски, периодически слышалась испанская и немецкая речь, а с одной из женщин Ричард говорил на древней классической латыни, Гарольд поначалу просто не поверил своим ушам. Ричард обещал отвести его к Джейкобу еще два дня назад, но визит все откладывался. Теперь же они на полпути к цели. Наверное. Все здесь кажется таким зыбким и ненадежным, в том числе и приветливость его спутника с непроницаемым взглядом антрацитовых глаз и профилем индейского вождя. Вот Ричард повернул голову чуть влево, как будто прислушиваясь. Вдалеке прозвучал пронзительный гортанный крик кого-то из обитателей леса, неподалеку стайка птичек с легким шорохом вспорхнула ввысь. А потом он, вдруг, повернулся к Гарольду спиной и, даже не оглянувшись, исчез в зарослях. Тот открыл, было, рот, чтобы его окликнуть, но пересохшее горло сумело воспроизвести лишь что-то вроде сиплого шепота. Мир словно замер, сгустился, превратившись в желе. Быстро бежали лишь мысли Финча — рваные, прыгучие, мельтешащие. Его бросили? Почему? Если бы хотели избавиться, то не проще ли убить, или устроить несчастный случай? Какого черта, что это вообще такое было? Усилием воли он заставляет себя сдвинуться с места и шагнуть в ту сторону, где исчез его спутник. Отчего-то ноги кажутся особенно тяжелыми, начинает ныть поясница и шея, стебли травы и корни как будто нарочно обвивают щиколотки, затрудняя движение. Спустя несколько минут, показавшихся ему часами, Гарольд ощущает себя промокшим насквозь и донельзя вымотанным. Останавливается, будто запнувшись, в изнеможении опирается плечом о древесный ствол и принимается протирать вновь запотевшие очки. Лес вокруг стоит сплошной стеной, все кажется абсолютно одинаковым — прямо здесь, вокруг него, впереди, и за спиной. Как здесь вообще можно ориентироваться? Легче взломать наисложнейший компьютерный код, право слово. Какой-то запах вдруг касается его ноздрей, настойчиво примешиваясь к сочному аромату влажной зелени с легкой примесью гнили. Определенно, пахнет дымом. Финч целеустремленно идет на запах будто ищейка, уже почти не замечает сложностей с передвижением. Ноги сами выводят его на крошечную поляну с гладко утрамбованной травой. Там, прямо посередине, горит костер, а у костра сидит человек. Другой человек, не Ричард. Гарольду за бесконечно долгую секунду узнавания кажется, что его внутренности съежились в крошечный комок, оставив вместо себя холодный вакуум. Он непроизвольно делает шаг вперед, вглядываясь изо всех сил. А потом не произносит — выдыхает:
— Нейтан…
6. Бен
Яркие цвета на фоне светлой бетонной стены, что огораживает стадион с юга, кажутся еще ярче, и Бен издалека замечает маленькую фигурку в красной дутой куртке и серо-фиолетовой полосатой вязаной шапке. Сага Линдрусен стоит, задрав голову кверху, и не отводит глаз от какого-то предмета, застрявшего в ветвях растущего у ограды дерева. Только приблизившись вплотную, Бену удается разглядеть объект пристального внимания девочки. Им оказывается синий скрипичный футляр с нарисованной сбоку забавной рожицей. Присвистнув от удивления, он качает головой.
— Надо же. Впервые вижу летающий футляр для скрипки.
Она кривит губы в подобии улыбки, снисходительно фыркает.
— Побывали бы у нас в школе, еще не такое увидели бы. Летающие книги, летающие рюкзаки… Однажды летал бюст Сократа, что стоит в кабинете у директора. А он довольно тяжелый.
Брови Бена ползут вверх, на лице появляется выражение комического изумления.
— Не знал, что школы для юных волшебников существуют на самом деле.
Сага недовольно морщится.
— Ну, хватит уже издеваться. Лучше бы помогли мне его достать.
Бен оценивает расстояние до цели, качает головой.
— Я, как видишь, не баскетболист. Может, попробуем совместными усилиями?
Дождавшись утвердительного кивка, подхватывает девочку за талию, поднимает как можно выше и держит на вытянутых руках, пока она сосредоточенно сопит и шуршит ветками над его головой. Он почти забыл, вернее всеми силами постарался забыть, но руки еще помнят. Алекс тогда была помладше и весила поменьше; своего любимого плюшевого зайца она закинула на дерево сама, а потом нажаловалась на кого-то из соседских мальчишек. Характер у нее был тот еще. Бен усилием воли загоняет невольное воспоминание поглубже. Нет, нельзя. Только не сейчас. А лучше вообще никогда. Потому что становится трудно дышать, а из тела, как будто, вынимают все кости, и оно превращается в студень.
Сверху слышится сдавленное «ой!», и на голову ему внезапно обрушивается увесистый предмет, заставив на секунду потерять равновесие. Он опускает Сагу на землю, морщась, трет макушку. У девочки виноватый вид.
— Простите, я не нарочно.
— Да уж, надеюсь. Как вообще твой футляр умудрился оказаться на дереве?
Она выпячивает подбородок, сердито поджимает губы.
— Мальчишки… Они идиоты. Похожи на обезьян в зоопарке.
Пристальнее зыркнув на Бена, вдруг выдает:
— А я вас помню. Вы были у нас дома. Вы электрик, да?
— Что-то вроде того.
— Я могла бы подумать, что вы меня преследуете. Может вы маньяк-педофил. Когда взрослые говорят, что никуда нельзя ходить с незнакомыми людьми, они имеют в виду, как раз, маньяков-педофилов.
Бен, с видом оскорбленной невинности, снова демонстративно потирает макушку и поправляет шарф.
— Во-первых, я тебя никуда с собой не зову. Во-вторых, я живу здесь рядом и просто проходил мимо. А вот ты нынче забралась далековато от дома. И у тебя очень своеобразный способ благодарить за оказанную помощь, юная леди.
Она на секунду смущенно отводит глаза, но потом снова дерзко зыркает из-под длинных ресниц.
— Ладно. Спасибо… большое.
— Пожалуйста… большое. Может, проводить тебя домой? Гулять в одиночестве не очень хорошая идея. Ты должна понимать, что твоей маме сейчас вредно волноваться.
Беззаботно крутанувшись на пятке, Сага глядит на Бена снисходительно и как-то даже свысока.
— Со мной ничего не случится. Моя подруга за мной присматривает.
— Подруга? — Бен озадаченно оглядывается по сторонам, - Я никого не вижу здесь кроме нас.
— Она наблюдает за мной прямо сейчас. И не даст меня в обиду.
Девочка многозначительно косится куда-то поверх его плеча, и, проследив направление её взгляда, Бен замечает в метрах десяти от них приткнувшуюся над оградой видеокамеру. Паззл потихоньку складывается в его голове, осталось лишь поработать над деталями.
— Что ж… В таком случае, провожатый тебе явно не нужен.
— Это точно.
Она убегает вприпрыжку, размахивая скрипичным футляром и периодически поддавая его коленками, потом вдруг останавливается перед изгибом стены и, обернувшись, кричит:
— Простите, что обозвала вас маньяком!
Улыбнувшись, Бен машет ей рукой, и, помахав в ответ, Сага исчезает из поля его зрения.
Коснувшись невидимого микрофона в ухе, Бен произносит:
— Надеюсь, Джон, ты не пропустил ничего из нашего разговора.
— Я все слышал. Не знал, что ты так хорошо ладишь с детьми.
Голос Риза звучит слегка озадаченно и как-то по-новому, как-то мягче и доверительнее, что ли. Это приятно. Странно, да. На кой черт ему нужна симпатия этого человека? Лайнус никогда не нуждался ни в чьей симпатии. Ну, почти никогда. Человеческие привязанности также хрупки, как лёд по весне — они быстро ломаются и быстро тают. Уважение и страх куда более надежные вещи.
— У меня была дочь. — Произносит он сухо, и тут же добавляет во избежание дальнейших вопросов, — Она умерла.
Заранее поджимает губы, ожидая сакраментальную фразу «мне жаль». Но не дожидается.
— Сага на нее похожа?
— Абсолютно ничего общего. По крайней мере, моя дочь не общалась с искусственным интеллектом.
— Ты хочешь сказать…?
— У нее контакт с Машиной. Это абсолютно точно. А это значит, что те, кто следит за её домом, работают на программу «Северное сияние».
7. Гарольд
— Больно щиплешься. Синяк будет.
Нейтан потирает предплечье с краснеющими на запястье следами от укусов насекомых; у него отросшие немытые волосы, трехдневная щетина и новые морщины на лице. Словом, он выглядит реальным, как на вид, так и на ощупь.
— У мертвых не бывает синяков, — с расстановкой произносит Финч, вид у него слегка отрешенный, — А ты мертв. Ты мертв, Нейтан. Умершие не возвращаются.
— Много ты знаешь о мертвых. Ты-то сам жив.
У Нейтана в голосе сквозит снисходительность, и в этом весь он. Странно, нет ни мурашек по спине, ни сомнений в собственном здравом рассудке. Гарольд уже давно понял, что остров — крайне необычное место. Может быть, он что-то вроде чистилища. Самолет разбился, и теперь…
— С чего ты взял, что я жив, Нейт? Я уже ни в чем не уверен.
— Просто поверь мне на слово. Помнишь, на втором курсе мы спорили насчет сингулярности пространства-времени, физических параметров души, возможности наблюдать в нашем трехмерном пространстве проекции многомерного?
— Ага. Но какое это имеет отношение к нам теперешним?
Нейтан передергивает плечами, смотрит мимо из-под набрякших век; мелкие сосуды глаз частично полопались, то ли от недосыпа, то ли от раздражения.
— Человечество веками неистово ищет ответ на вопрос, есть ли жизнь после смерти. Как насчет того, чтобы стать тем, кто его получит?
Финч прикрывает глаза, слушая стрекот сверчков и журчание воды где-то поблизости. Если это искусственный мир, то тут все чертовски хорошо продумано.
— Нет уж, спасибо. Хватит с меня того, что я создал Бога. И пока даже не могу понять — созидательное это божество, или разрушительное. По крайне мере, я сделал все, чтобы добиться первого.
Нейтан загадочно усмехается, будто фокусник, который вот-вот вытащит из шляпы кролика, подмигивает левым глазом.
— Я много чего узнал… о Боге. Конечно, смотря какое значение вкладывать в это слово. Что ты вкладываешь в это слово, Гарольд? В мире так много боли, вот о чем мы думали после одиннадцатого сентября. Так много боли, так много бессмысленных смертей. Что мы можем сделать? Мы не боги, мы просто люди. Верно?
Финч раздумчиво кивает, ворошит прутиком тлеющие угольки в костре.
— Я помню. Должен ли кто-то, кто стоит над правительствами и корпорациями, с их вечными интригами, властолюбием и корыстью, вмешаться в происходящее? Должен ли он влиять на людей, совершенствовать их, лечить болячки общества? Или ему стоит отойти в сторону и просто предоставить нас собственной судьбе?
— «Сердце мое полно жалости», - медленно цитирует Нейтан, — «я не могу сделать это»*. Мы не смогли просто стоять и смотреть, мой друг. Частично поэтому ты сейчас здесь.
— Я? — Гарольд порывисто поднимает голову. В следующую секунду окружающий мир словно бы замирает и пустеет, и, кажется, нет ничего вокруг — ни деревьев, ни животных, ни птиц, ни насекомых. Ни людей. Ничего, кроме громадных остановившихся часов. — Я ничего не знаю об этом месте. Почему именно я?
Нейтан передергивает плечами.
— Если не ты, то кто? В каждой эпохе рождаются люди, намного опережающие свое время. Идеалисты. Беззащитные, непрактичные, наделенные величайшими талантами. Ты один из таких людей.
Губы Финча словно сами собой складываются в горькую усмешку.
— Кто из нас идеалист — еще большой вопрос. Это ты хотел спасать людей, попавших в иррелевантный список. Ты, а не я. Я хотел отойти от проекта, жениться на Грейс и спокойно встретить старость где-нибудь в швейцарских Альпах. Меня можно назвать не только сугубо практичным человеком, но даже черствым эгоистом.
Мотнув головой, Нейтан, наконец, глядит ему прямо в глаза.
— Ты создал Бога, Гарольд. Ты создал его. Ты создал одного Бога, ты сумеешь помочь другому.
— Нейтан, прекрати. Я устал от загадок.
— Больше никаких загадок, братец. Джейкоб расскажет тебе все, что знает. В итоге, ты узнаешь куда больше, чем знает он. Надеюсь, эти знания не причинят тебе вреда.
У Гарольда непроизвольно вырывается нервный смешок.
— Признаюсь, ты начинаешь меня пугать.
— Не бойся. Все будет…
Но договорить он не успевает — ослепительный белый свет заливает окружающее пространство, поглощая картинки, звуки и запахи.
8. Джон
Свет фонарей с улицы масляно размазывается по покрытым липкой влагой стеклам; там снаружи не то снег, не то дождь, не то какая-то мутная изморось с примесью тумана. Джон медленно вытягивает вперед правую руку с раскрытой ладонью — универсальный жест мира и доверия.
— Пожалуйста, успокойтесь. Я пришел помочь вам, я не причиню вреда. Вашей семье угрожает опасность, вы должны поехать со мной. Они уже близко, нам надо торопиться.
— О чем вы говорите? Кто они?! Я не знаю вас! Просто покиньте наш дом, и мы не станем звонить в полицию!
В просторной гостиной царит полумрак; скупой свет с улицы очерчивает силуэты мебели и три человеческие фигуры — высокий мужчина с растрепанными волосами, в квадратной формы очках и с бейсбольной битой наизготовку, женщина с округлым животом и съежившаяся за их спинами девочка. Снаружи слышится звук двигателя; свет фар бьет в глаза сквозь окна, отражается в стеклах очков Кристиана и заставляет каждый завиток на голове Саги вспыхнуть живым золотом.
Прерывисто выдохнув, Риз поворачивается лицом к входной двери, вынимает из-за пояса «Глок», заученным движением снимает с предохранителя. Ну вот, опять. Опять он все провалил. Без Гарольда он беспомощен и никому не способен помочь. А Лайнус… Он же знал, с самого начала знал, что этому человеку нельзя доверять. Чему удивляться? Он позволил заморочить себе голову. Еще и Фаско… Черт бы побрал детектива Фаско. Только продажному копу могло придти в голову, что он в сговоре с Лайнусом и обделывает грязные делишки вместо того, чтобы заниматься номерами. «Джон, пожалуйста, прекрати…» Голос Бена похож на толчок изнутри. Ризу не хочется думать про все это дерьмо, потому что здесь есть толика и его вины. Если бы он так по-идиотски не попался тогда в руки наркокартеля, Лайнусу не пришлось бы просить помощи Элаеса ради его спасения. И не пришлось бы потом платить за эту помощь. И меньше всего хочется думать о том, что когда вчера вечером он приставил ко лбу Лайнуса ствол и поклялся, что убьет его, если тот сейчас же не уберется из библиотеки без права возврата, то двигал им не столько гнев, сколько чувство вины.
Это все — настоящее безумие. Безумием было лететь сюда на полной скорости, врываться в дом, напугав хозяев по полусмерти, безумием было пытаться уговорить их довериться совершенно незнакомому вооруженному человеку. Худшая операция в его жизни. Он ведь даже не знает, сколько снаружи агентов «Северного сияния», помимо тех двоих, которых он нейтрализовал. Некому сообщить ему эту информацию, и некому прикрыть ему спину. Он совершенно один.
Входная дверь распахивается, в прихожей слышатся шаги, а потом Бен переступает порог гостиной, не обращая ни малейшего внимания на направленный в его сторону ствол. Он даже не смотрит на Риза, он смотрит на только на Сагу, как будто в комнате никого нет кроме неё.
— Я не опоздал, это хорошо. Не бойся. Ты была права — я не случайно появился в вашем доме. И я не случайно встретил тебя на улице. Твоя подруга попросила меня за тобой приглядывать. Меня и вот его, — небрежный кивок в сторону Риза, — Приглядывать и защитить, если понадобится.
Девочка делает шаг вперед, проигнорировав попытку матери её остановить. Хмурится, прикусывает нижнюю губу.
— Как её зовут? Мою подругу. Как её зовут?
— Она называет себя «Машина». Потому что так её назвал отец.
Сага кивает с удовлетворенным видом, потом поворачивается к родителям.
— Мам, пап. Нам нужно ехать. Я расскажу вам все по дороге.
Риз отступает в угол и отстраненно наблюдает, как, подчиняясь командам Бена, Линдрусены хватают документы, торопливо запихивают в сумку какие-то вещи, слушает, как всхлипывает Малика, а Кристиан бормочет себе под нос ругательства на шведском; как Бен разговаривает по телефону с Фаско, а потом сообщает Линдрусенам, что машина подъедет через пару минут, и детектив полиции Нью-Йорка увезет их в безопасное место. Риз ощущает себя астронавтом, зависшем в невесомости внутри капсулы — нет ни низа, ни верха, а за хрупкой перегородкой лишь вакуум и бесконечность.
Линдрусены выходят из дома с черного хода, пересекают соседский двор и исчезают в темноте переулка, откуда тускло светятся габаритные огни припаркованного Шевроле болотного цвета; Лайонел приоткрывает дверцу и нетерпеливо машет им рукой. Риз выгоняет из гаража новенький серебристо-голубой Вольво, дожидается, пока Бен запрыгнет на пассажирское сидение и давит на газ.
В полном молчании они петляют в лабиринте улиц минут пять, потом Риз первым подает голос.
— Я высажу тебя где-нибудь по пути, там, где нет камер.
— Это еще зачем?
— В машине установлен жучок, они наверняка уже кинулись вдогонку. Я собираюсь покататься по городу, чтобы сбить их с толку, а потом брошу автомобиль и скроюсь. Ты будешь лишь помехой.
Бен вздергивает подбородок, пренебрежительно кривит губы.
— Не похоже, что сегодня я был тебе помехой, Джон. Не наступай в третий раз на те же грабли, прояви благоразумие.
В следующую секунду Риза прорывает.
— Кто ты, черт тебя подери, такой, чтобы советовать мне проявить благоразумие?! Ты — ошибка. Тебя не должно здесь быть! Тебе здесь не место!
Бен с минуту молчит, отвернувшись к окну, потом негромко произносит.
— Ты не прав. Я здесь именно потому, что должен здесь быть. А он там, именно потому, что там он нужнее. Я знаю, ты скучаешь. Потерпи еще немного…
— Прекрати говорить со мной как со слабоумным ребенком! Ты…
Все, что скопилось за прошедшую неделю, все, что Риз должен был выплеснуть — все свои страхи, сомнения, подозрения, фантомные боли, надежды — все словно бы захлебывается в один момент, когда яркий свет фар мчащегося навстречу им авто бьёт по глазам, а затем слышится душераздирающий визг тормозов и выстрелы.
9. Гарольд
— Знаете сколько раз я был здесь, внутри, — Джейкоб переступает босыми ногами по темной матовой поверхности пола и широким жестом обводит округлой формы помещение с бугрящимися по потолку и стенам причудливыми выступами, похожими на сталактиты, — за более чем тысячелетний срок в качестве Хранителя Острова?
Гарольд молча мотает головой, не в силах глядеть на своего спутника, как подобает согласно элементарным правилам вежливости. Все вокруг… оно почти гипнотизирует, совершенно невозможно отвести глаз.
— Ни разу. Мне понадобилось очень много времени, чтобы хотя бы начать понимать значение этого места. Очень много.
— Господи… — голос Гарольда срывается на прерывистый шепот, — Миллиарды световых лет. Он пробыл в пустоте так долго, прежде чем попасть сюда. Хотя… Вы говорили про свой более чем тысячелетний срок. Вашему помощнику, мистеру Алперту несколько сотен лет. Это доказывает, что им удалось взять под контроль время, выйти за рамки трехмерного пространства… Миллиарды световых лет могли показаться мгновением, а время с начала зарождения человеческой цивилизации вообще ничем. Или бесконечно долгим путем, по которому мы шли рука об руку, хотя люди о том не ведали. Как те следы на песке… Когда кто-то несет тебя на руках, ты видишь следы лишь его ног, но не своих. Вы понимаете, о чем я? Вы понимаете, где мы сейчас находимся?
Свой последний вопрос Гарольд адресует уже не в пространство, а своему спутнику, заставив себя перевести на него взгляд. Тот кивает с торжественным видом.
— Источник — сердце Острова. А это его разум.
Финч понимающе кивает.
— Можно и так сказать. В человеческом восприятии этот продукт внеземных технологий нечто вроде Божества. Я не знаю, сколько должно пройти веков, чтобы мы хотя бы вполовину… Впрочем, сейчас это неважно. Я понял, зачем я здесь. Ему потребовалась моя помощь. Правда, я понятия не имею, с чего начать.
Приблизившись к темной матовой поверхности одного из выступов, похожей на покрытую изморосью сенсорную панель, Гарольд осторожно кладет на нее ладони. Прерывисто вздыхает, ощутив под льдистым холодком нечто похожее на живое тепло, благоговейно шепчет:
— Возможно, даже биотехнологии… Да, очень может быть. Просто невероятно!
— Моя мать… — подает голос Джейкоб за его спиной, — вернее, та женщина, которую я привык считать матерью. Она была Хранителем до меня. Как-то раз, в детстве я пытался научиться играть на свирели. И она сказала мне — если хочешь, чтобы что-то зазвучало, прежде всего, согрей его своим теплом.
Обернувшись на секунду, Гарольд коротко улыбается.
— Не такая уж бредовая мысль, кстати.
Склонившись над поверхностью, дышит на нее, будто на заиндевевшее оконное стекло, стирает рукавом конденсат и снова дышит, а когда значительная часть поверхности уже сияет матовой чистотой, она вдруг оживает и начинает едва заметно светиться, и по ней ползут строки из странного вида знаков и символов.
— Так-так, — возбужденно бормочет Финч себе под нос, — если бы это было совершенно нереально расшифровать, то меня бы сюда не позвали, логично? Хотя, без компьютера я как без рук.
— Это, как раз, не проблема.
Достав из висящей у него на плече холщовой сумки серебристый Макбук, Джейкоб пристраивает его на выступе рядом с панелью.
В следующую секунду Гарольд едва удерживается от порыва обнять своего странного спутника, настолько велика его радость. Он лишь сумбурно благодарит и дрожащими руками тянется к устройству. Кто бы знал, насколько сильно он скучал по привычному и родному ощущению клавиш под подушечками пальцев. Что ж, ему предстоит разгадать загадку, возможно, самую сложную в жизни. Это настоящий вызов, а Гарольд Финч никогда не боялся вызовов.
10. Бен
Ноги кажутся такими тяжелыми, будто к ним привязали гири. Надоело убегать. Нет смысла убегать. Он закончил здесь все свои дела, он готов вернуться. Почему же его не возвращают? Высокая фигура Риза маячит впереди, все больше удаляясь из виду. Может быть, Джон и начал бы, в итоге, ему доверять. Кто знает. Вопрос для викторины — сколько раз нужно спасти жизнь Джону Ризу, чтобы тот проникся к тебе доверием? У них не будет возможности проверить это на практике. Полчаса назад… Непонятно, что на него нашло. У него были все шансы улизнуть, пока Риз пытался выбраться из разбитого авто, параллельно отстреливаясь. Но ноги как будто сами понесли по направлению к одной из окруживших перевернутую машину темных фигур, что пристроилась за мусорным баком с короткоствольным автоматом наизготовку. Бен ударил телескопической дубинкой снизу вверх по руке, державшей оружие, ломая запястье, потом рукояткой в висок, подобрал автомат… Было чертовски похоже на боевик про гангстерские разборки. Так забавно…
Прислонившись к стене из голого кирпича, Лайнус жадно ловит ртом воздух с запахом снега. Рука, зажимающая левый бок, онемела, а сам бок будто кипятком ошпарили. Там, под пальто мокро и липко, смотреть туда не хочется. Да и не разглядишь при таком освещении. Риза не видать. Он и назад-то ни разу не оглянулся, впрочем, зачем оно ему — Лайнус ведь не Финч. Райончик препаршивый — какие-то пустующие склады, свалки и минимум жилых домов. Здесь не стоит особо надеяться на чью-то помощь. Зато здесь почти нет камер. Но если кто-то питает надежду, что Бенджамин Лайнус покорно ляжет под забором и сдохнет, то совершенно напрасно. Стиснув зубы, Бен отталкивается от стены, но его тут же ведет куда-то вбок. Свет фонарей впереди мигает и тускнеет; где-то неподалеку заливисто лает собака и, оборвав лай на самой высокой ноте, тоскливо взвывает, будто по покойнику. Мир начинает пугающе вращаться, и Бен судорожно шарит вокруг себя рукой в поисках опоры.
Риз появляется непонятно откуда, кажется, он ушел совсем в другом направлении. Подхватывает, куда-то не то ведет, не то тащит, почти несет; что-то говорит, но смысл его слов ускользает, теряется в тумане. В голове немножко проясняется только когда Риз опускает его на твердую поверхность. Какая-то скамья… Моргнув, Бен оглядывается по сторонам. Да, определенно. Деревянная скамья, рядом клумба с деревьями и кустарником, чьи голые ветви нелепо торчат во все стороны. Слева церквушка за невысокой оградой из ржавых металлических прутьев. Кажется, тоже заброшенная. Здесь, в округе, вообще есть что-то не заброшенное? Риз торопливо, путаясь в рукавах, сдергивает с себя пальто, накидывает Лайнусу на плечи.
— Мой телефон разбился. Там впереди я видел таксофон, я оставлю тебя здесь ненадолго и позвоню в службу спасения.
Бен молчит, глядит на него снизу вверх, рассматривает его лицо, будто картину. У Джона еще не до конца сошли старые синяки, остались желтоватые разводы. Добавились новые ссадины, наверно от осколков стекла. И этот его взгляд, и выражение… Люди бывают такими жалкими, сентиментальными, жертвенными. Если перевести на человеческий язык то, что написано сейчас на лице Риза, то прозвучало бы оно примерно так: «я все бы отдал, лишь бы сейчас поменяться с тобой местами». Господи…
— Слушай, Джон…
— Чего?
— Сделай одолжение, убери со своего лица это выражение. Я — не он.
— Не понимаю…
— Ладно, — Бен машет рукой, — Иди уже, звони.
Оставшись один, Лайнус бездумно глядит в темное небо, откуда одна за другой появляются белые пятнышки снежинок. Снег в конце ноября… Рановато.
Локк появляется из темноты внезапно, подобно призраку. Садится рядом. Просто садится и сидит, тоже глядит на небо, на снежинки. Как будто оживший мертвец это самое обычное явление для окраины славного города Нью-Йорка. Бен косится в его сторону, болезненно кривит губы в усмешке.
— Я знал, что это будешь ты. Что именно ты придешь по мою душу, когда настанет мое время. Кажется, однажды мне это даже снилось.
Локк поворачивает к нему голову, знакомо улыбается, и морщинки лучиками расходятся в стороны от его глаз. Кивает в сторону церквушки.
— Это церковь Элоизы. Я иногда прихожу сюда. Посидеть, подумать. Но мне еще рано заходить внутрь. Впрочем, как и тебе. Надо дождаться, пока соберутся остальные. Когда придет назначенный день, ты, как сегодня, будешь ждать меня. Прямо на этой вот скамье. Я точно знаю.
— Джон…, — голос у Бена сипнет, срывается. Он уже почти не ощущает конечностей, и все тело как деревянное. — Не оставляй меня, ладно? Только не оставляй меня… Прости меня, Джон…
Эпилог
Снег валил хлопьями. Покрывал землю, деревья, крыши зданий и припаркованные у тротуара автомобили. Высокий мужчина в расстегнутом черном пиджаке и порванной, вымазанной в крови белой рубашке шел быстрым шагом, почти бежал. Но остановился вдруг на полпути, словно наткнувшись на невидимую стену, начал вглядываться вперед, будто не веря своим глазам. Потом медленно-медленно пошел дальше по направлению к деревянной скамейке рядом с заброшенной церковью. На ней, неловко откинувшись на низкую неудобную спинку, спал прилично одетый и крайне респектабельный с виду господин средних лет. Он смешно причмокивал во сне губами, его квадратной формы очки сползли немного набок, а стриженные ёжиком жесткие волосы казались наполовину седыми из-за осевших на них снежинок.
____________________________________________
*цитата из романа Стругацких «Трудно быть богом»
код
<div align="center"><a href="http://wtfcombat2015.diary.ru/?tag=5210816"><img src="http://imageshack.com/a/img673/1245/8L82ko.gif"</a></div>
URL
U-mail
Дневник
Профиль
Комментировать
Поделиться
суббота, 15 ноября 2014
01:44
визитка - done
пара вступительных слов
код
<div align="center"><a href="*адрес поста*"><a href="http://imageshack.com/f/idYf8xNgj" target=_blank><img src="http://imagizer.imageshack.us/v2/500x400q90/661/Yf8xNg.jpg" border="0"></a></a></div>
код
<div align="center"><a href="*адрес поста*"><a href="http://youpicture.org/?v=2014-10-20_nfrbui56qu0uamixya4g5gniz.jpg" target=_blank><img src="http://youpicture.org/images/2014/10/20/nfrbui56qu0uamixya4g5gniz.jpg"></a></a></div>
код
<div align="center"><a href="*адрес поста*"><a href="http://imageshack.com/f/p1Wk5wWjg" target=_blank><img src="http://imageshack.com/a/img901/7760/Wk5wWj.gif" border="0"></a></a></div>
код
<div align="center"><a href="*адрес поста*"><a href="http://imageshack.com/f/f0MZ7HH8g" target=_blank><img src="http://imageshack.com/a/img540/9363/MZ7HH8.gif" border="0"></a></a></div>
URL
U-mail
Дневник
Профиль
Комментировать
Поделиться
01:40
без рамки
Название:
Рентген
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Форма:
анимированный коллаж
Пейринг/Персонажи:
Бенджамин Лайнус
, Гарольд Финч
Категория:
джен
Жанр:
кроссовер LOST-Person of interest
Рейтинг:
PG-13
Исходники:
капсы LOST и Person of interest
Размер:
750x439, 291 Кб
Размещение:
с разрешения автора после деанона
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Рентген"
Название:
Блеф
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Форма:
анимированный коллаж
Пейринг/Персонажи:
Бенджамин Лайнус
,
Александра Руссо-Лайнус
,
Мартин Кими
Категория:
джен
Жанр:
драма
Рейтинг:
R
Исходники:
капсы и цитата LOST
Размер:
601х334, 625 Кб
Примечание:
перевод цитаты
«Она мне не дочь, она ничего не значит для меня»
Размещение:
с разрешения автора после деанона
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Блеф"
Название:
Переговоры: метод Лайнуса
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Форма:
арт
Пейринг/Персонажи:
Бенджамин Лайнус
,
Джек Шеппард
,
Сун Квон
,
Хьюго "Хёрли" Рейс
Категория:
джен
Жанр:
юмор
Рейтинг:
G
Размер:
550х787 - 3 штуки
Предупреждения:
спойлеры к началу пятого сезона
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Переговоры: метод Лайнуса"
URL
U-mail
Дневник
Профиль
Комментировать
Поделиться
01:37
куски визуала
Название:
Рентген
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Форма:
анимированный коллаж
Пейринг/Персонажи:
Бенджамин Лайнус
, Гарольд Финч
Категория:
джен
Жанр:
кроссовер LOST-Person of interest
Рейтинг:
PG-13
Исходники:
капсы LOST и Person of interest
Размер:
750x439, 291 Кб
Размещение:
с разрешения автора после деанона
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Рентген"
Название:
Блеф
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Форма:
анимированный коллаж
Пейринг/Персонажи:
Бенджамин Лайнус
,
Александра Руссо-Лайнус
,
Мартин Кими
Категория:
джен
Жанр:
драма
Рейтинг:
R
Исходники:
капсы и цитата LOST
Размер:
601х334, 625 Кб
Примечание:
перевод цитаты
«Она мне не дочь, она ничего не значит для меня»
Размещение:
с разрешения автора после деанона
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Блеф"
Название:
Переговоры: метод Лайнуса
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Форма:
арт
Пейринг/Персонажи:
Бенджамин Лайнус
,
Джек Шеппард
,
Сун Квон
,
Хьюго "Хёрли" Рейс
Категория:
джен
Жанр:
юмор
Рейтинг:
G
Размер:
550х787 - 3 штуки
Предупреждения:
спойлеры к началу пятого сезона
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Переговоры: метод Лайнуса"
Название:
Отпусти
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Форма:
композиция (коллаж + анимация)
Пейринг/Персонажи:
Бенджамин Лайнус
/
Джулиет Бёрк
Категория:
гет
Жанр:
драма
Рейтинг:
PG
Исходники:
кадры и цитата из сериала
Размер:
800х680
Примечания:
перевод цитаты
«Бен, пожалуйста. Просто дай мне уйти.»
Размещение:
с разрешения автора после деанона
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Отпусти"
URL
U-mail
Дневник
Профиль
Комментировать
Поделиться
четверг, 13 ноября 2014
18:26
визитка светлая
Тексттекстекст оооооооо больше текста еще текст много текста больше еще больше мало нужно еще текст текст текст много-много и еще и еще еще текст и еще текст хватит.
код
<div align="center"><a href="*адрес поста*"><a href="http://imageshack.com/f/idYf8xNgj" target=_blank><img src="http://imagizer.imageshack.us/v2/500x400q90/661/Yf8xNg.jpg" border="0"></a></a></div>
код
<div align="center"><a href="*адрес поста*"><a href="http://youpicture.org/?v=2014-10-20_nfrbui56qu0uamixya4g5gniz.jpg" target=_blank><img src="http://youpicture.org/images/2014/10/20/nfrbui56qu0uamixya4g5gniz.jpg"></a></a></div>
код
<div align="center"><a href="*адрес поста*"><a href="http://imageshack.com/f/p1Wk5wWjg" target=_blank><img src="http://imageshack.com/a/img901/7760/Wk5wWj.gif" border="0"></a></a></div>
код
<div align="center"><a href="*адрес поста*"><a href="http://imageshack.com/f/f0MZ7HH8g" target=_blank><img src="http://imageshack.com/a/img540/9363/MZ7HH8.gif" border="0"></a></a></div>
URL
U-mail
Дневник
Профиль
Комментировать
Поделиться
18:18
текст светлый
список работ
работа 1
работа 2
Название:
Александра в стране чудес, или вдогонку за белым кроликом
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Бета:
WTF Benjamin Linus
Размер:
мини, 1072 слов
Пейринг/Персонажи:
kid!
Александра Руссо-Лайнус
,
Бенджамин Лайнус
Категория:
джен
Жанр:
зарисовка
Рейтинг:
PG-13
Краткое содержание:
Шестилетняя Алекс видит сон по мотивам приключений кэрроловской Алисы. События сна перекликаются с реальными событиями времен противостояния Лайнуса и Уидмора
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Александра в стране чудес, или вдогонку за белым кроликом"
«Боже мой, о, мой Боже, как же такое могло произойти? Как же так? Кудах-тах-тах…!» - Алекс становится смешно. Она мысленно дорисовывает миссис Беннет кроличьи уши, жилетку с протянутой из внутреннего кармана цепочкой от часов и лайковые перчатки. Будто наяву слышит голос отца, присевшего на край ее кровати с книжкой в руках – «…Ох, мои ушки и усики, слишком, слишком поздно!" У него так смешно получалось изображать дрожащий кроличий голосок…
Мысли путаются, она прерывисто дышит, не то хихикает, не то всхлипывает, ёрзает на постели, скидывает с себя покрывало, но чьи-то руки заботливо закутывают её вновь, и она ощущает на своем лбу влажную прохладу. Разве она больна? Она только слышала о болезнях, они с папой живут там, где никто никогда не болеет. Ах да, она, кажется, перегрелась на солнце, когда они играли с Минди. Так сказал папа, он нес её на руках… У него был сердитый голос, судя по всему, миссис Беннет не поздоровится.
Алекс проваливается в беспокойный, мельтешащий красками сон. В нем она продирается сквозь джунгли, пытаясь поспеть за мелькающим среди зелени белым пятнышком. «Мистер Кролик! Чуть помедленнее, пожалуйста!». Она хочет крикнуть ему вслед, но горло пересохло и осипло. Где же эта нора? Ага, вот она. Алекс без колебаний ныряет в темноту отверстия, скатывается вниз, мимолетно подумав, что любимое платье – голубое, с вышитыми мелкими розовыми розочками – испачкается и порвется. Ну и пусть. Катится, будто с горки, сердце сладко замирает, словно на головокружительном аттракционе, а когда спуск заканчивается, и под ее ногами, обутыми в новехонькие синие сандалии, образуется пустота, нелепо машет руками, пытаясь полететь. И, кажется, это помогает – она плавно опускается на дно кроличьей норы, целая – невредимая. Уф. Но где же мистер Кролик? Вокруг настоящий лабиринт – несколько коридоров, ведущих непонятно куда. Как на днях, когда она заблудилась в пещере… Она долго плутала, а когда выбралась, оказалась в совершенно незнакомом месте, и там были эти двое мужчин, и что-то на траве, что-то непонятное… Она затаилась в зарослях, пытаясь не дышать и лишь мысленно шептала – «папа, папочка…». Алекс вдруг с головы до пят прошивает страхом. Она судорожно прислушивается, и – о, чудо – из левого коридора смутно доносится знакомый голосок, усиленный эхом – «…я совершенно опоздал, ох, мои ушки, мои усики!». Она кидается на голос и бежит, что есть мочи, бежит на свет в конце длинного тоннеля. Влетает в зал с огромным овальной формы столом посередине, сплошь заставленный посудой. Все присутствующие оборачиваются в её сторону. Они все здесь, все знакомые лица. И отец в черном старомодном сюртуке с розочкой в петлице и большущей странной шляпе, украшенной перьями и мишурой, и миссис Беннет в образе Белого кролика, и дядя Ричард в нелепом театральном костюме то ли рыцаря, то ли паяца, с неровно нарисованными над верхней губой усами, и все их соседи. Потому что время пить чай, вот почему. Ей становится немного стыдно за свой растрепанный, запыхавшийся вид и испачканное платье. Алекс одергивает подол, заправляет за ухо выбившуюся прядь волос, делает реверанс. «А вот и наша малышка!» – она оборачивается на голос, неприятный такой голос, вкрадчивый, с хрипотцой, он не сулит ничего хорошего. Мистеру Уидмору даже где-то идет ярко-красный мелко завитый парик, зубчатая корона и платье с корсетом. Алекс вновь прошивает страхом, будто иглой. Потому что одним из тех мужчин, которых она случайно встретила в джунглях, был он. «Я знаю! – хочет она крикнуть, - Я знаю, что вы сделали, я видела!». Но крик застревает в горле, когда Красная Королева указывает на нее пальцем и произносит – «Отрубить ей голову!». Отрубить голову… В её мозгу словно колотятся крошечные молоточки, вертятся колесики и шестеренки. Там, на траве… Человек с нелепо и неестественно запрокинутой назад головой, а вокруг все красное, очень ярко красное, как парик и платье Красной Королевы. К ней тут же кидается неизвестно откуда взявшаяся стража, слышатся крики, звон разбитой посуды. Все вокруг смешивается в разноцветный водоворот мелькающих ног, обутых в старомодные туфли и сапоги, оборки платьев, полы сюртуков, скатерть с бахромой… Алекс проползает под столом и кидается к выходу, когда чьи-то руки хватают её и тянут в противоположную сторону. Она панически бьется и успокаивается, только услыхав над ухом голос отца – «Тише, тише! Я спрячу тебя!». Вдвоем они ныряют в неприметную дверцу в стене, а потом Бен тянет её за собой, петляя по коридорам королевского замка. Конечно же, это королевский замок, что же еще – стены из голого камня, украшенные гобеленами и гербами, рыцарские доспехи в нишах, канделябры со свечами, старинная, припорошенная пылью посуда. По пути Алекс падает, больно расцарапав левую коленку, её тут же подхватывают, ставят на ноги, и они бегут дальше. Бен вдруг резко останавливается, слепо шарит перед собой ладонями, и Алекс понимает почему – все, впереди тупик. Им некуда бежать, они попались. Сердце колотится от отчаяния и быстрого бега, его стук сливается с топотом бегущих ног. Бен оборачивается лицом к преследователям, задвигая Алекс за спину. Она отступает на шаг, упирается лопатками в холодную стену, глядит на него сквозь наполнившую глаза влагу. Отец всегда казался ей очень большим и сильным, невероятно сильным. Теперь он кажется ей маленьким и беззащитным в своей дурацкой шляпе и сюртуке, узкоплечий, на целую голову ниже затянутых в доспехи стражников и грозной фигуры Красной Королевы. Безумный Шляпник… Она однажды слышала, как про него судачат соседки. Что, мол, странный он, как будто не в себе. Но вот, Бен протягивает руку к канделябру со свечами и тот вдруг превращается длинный сверкающий клинок. Алекс смеется от восторга, размазывая по щекам непросохшие слезы. Теперь она уверена, что все закончится хорошо, что они победят. Бен всегда защитит её. Он защитит…
Она просыпается с мокрыми ресницами, беззвучно смеясь. За окнами светает, а у её кровати горит неизменный ночник. Рядом на тумбочке раскрытая иллюстрированная книга в яркой обложке – Л. Кэррол, «Алиса в Стране чудес». Алекс, осторожно проводит ладонью по гладкой бумаге, будто боясь, что нарисованные персонажи оживут и выпрыгнут наружу. Потом отбрасывает одеяло, спускает босые ноги на пол. Интересно, откуда эта ссадина на левой коленке? Той самой, которую она ушибла в коридорах замка. Об этом она размышляет по дороге в ванную комнату. Дверь в кабинет отца неплотно прикрыта, из-за неё доносятся голоса. Алекс вздрагивает, узнав второй голос. Неприятный, вкрадчивый, с хрипотцой. Который не сулит ничего хорошего.
- …пришлось очень кстати, верно, Чарльз? – голос Бена вибрирует, будто перетянутая струна, - Кристиан исчез бесследно, как раз в тот момент, когда должен был свидетельствовать против твоего помощника, человека, которого ты называешь своей правой рукой.
- Бывают в жизни и совпадения. Не стоит искать везде злой умысел, мой друг. - Уидмор пытается изобразить миролюбивый тон, но получается у него не особенно удачно. – Если бы у тебя были реальные доказательства вины моего человека, я без колебаний предал бы его суду. В ряде вопросов я абсолютно беспристрастен.
- Хочется верить… мой друг. Хочется верить.
Алекс отступает назад с заколотившемся сердцем, на цыпочках бежит в свою комнату и с головой ныряет под одеяло. Папа всегда защитит её. Если она расскажет ему, что видела в джунглях, он непременно защитит её. Не стоит даже сомневаться.
URL
U-mail
Дневник
Профиль
Комментировать
Поделиться
среда, 12 ноября 2014
22:25
текст с двойной подложкой
список работ
работа 1
работа 2
Название:
Александра в стране чудес, или вдогонку за белым кроликом
Автор:
WTF Benjamin Linus 2015
Бета:
WTF Benjamin Linus
Размер:
мини, 1072 слов
Пейринг/Персонажи:
kid!
Александра Руссо-Лайнус
,
Бенджамин Лайнус
Категория:
джен
Жанр:
зарисовка
Рейтинг:
PG-13
Краткое содержание:
Шестилетняя Алекс видит сон по мотивам приключений кэрроловской Алисы. События сна перекликаются с реальными событиями времен противостояния Лайнуса и Уидмора
Для голосования:
#. WTF Benjamin Linus 2015 - работа "Александра в стране чудес, или вдогонку за белым кроликом"
«Боже мой, о, мой Боже, как же такое могло произойти? Как же так? Кудах-тах-тах…!» - Алекс становится смешно. Она мысленно дорисовывает миссис Беннет кроличьи уши, жилетку с протянутой из внутреннего кармана цепочкой от часов и лайковые перчатки. Будто наяву слышит голос отца, присевшего на край ее кровати с книжкой в руках – «…Ох, мои ушки и усики, слишком, слишком поздно!" У него так смешно получалось изображать дрожащий кроличий голосок…
Мысли путаются, она прерывисто дышит, не то хихикает, не то всхлипывает, ёрзает на постели, скидывает с себя покрывало, но чьи-то руки заботливо закутывают её вновь, и она ощущает на своем лбу влажную прохладу. Разве она больна? Она только слышала о болезнях, они с папой живут там, где никто никогда не болеет. Ах да, она, кажется, перегрелась на солнце, когда они играли с Минди. Так сказал папа, он нес её на руках… У него был сердитый голос, судя по всему, миссис Беннет не поздоровится.
Алекс проваливается в беспокойный, мельтешащий красками сон. В нем она продирается сквозь джунгли, пытаясь поспеть за мелькающим среди зелени белым пятнышком. «Мистер Кролик! Чуть помедленнее, пожалуйста!». Она хочет крикнуть ему вслед, но горло пересохло и осипло. Где же эта нора? Ага, вот она. Алекс без колебаний ныряет в темноту отверстия, скатывается вниз, мимолетно подумав, что любимое платье – голубое, с вышитыми мелкими розовыми розочками – испачкается и порвется. Ну и пусть. Катится, будто с горки, сердце сладко замирает, словно на головокружительном аттракционе, а когда спуск заканчивается, и под ее ногами, обутыми в новехонькие синие сандалии, образуется пустота, нелепо машет руками, пытаясь полететь. И, кажется, это помогает – она плавно опускается на дно кроличьей норы, целая – невредимая. Уф. Но где же мистер Кролик? Вокруг настоящий лабиринт – несколько коридоров, ведущих непонятно куда. Как на днях, когда она заблудилась в пещере… Она долго плутала, а когда выбралась, оказалась в совершенно незнакомом месте, и там были эти двое мужчин, и что-то на траве, что-то непонятное… Она затаилась в зарослях, пытаясь не дышать и лишь мысленно шептала – «папа, папочка…». Алекс вдруг с головы до пят прошивает страхом. Она судорожно прислушивается, и – о, чудо – из левого коридора смутно доносится знакомый голосок, усиленный эхом – «…я совершенно опоздал, ох, мои ушки, мои усики!». Она кидается на голос и бежит, что есть мочи, бежит на свет в конце длинного тоннеля. Влетает в зал с огромным овальной формы столом посередине, сплошь заставленный посудой. Все присутствующие оборачиваются в её сторону. Они все здесь, все знакомые лица. И отец в черном старомодном сюртуке с розочкой в петлице и большущей странной шляпе, украшенной перьями и мишурой, и миссис Беннет в образе Белого кролика, и дядя Ричард в нелепом театральном костюме то ли рыцаря, то ли паяца, с неровно нарисованными над верхней губой усами, и все их соседи. Потому что время пить чай, вот почему. Ей становится немного стыдно за свой растрепанный, запыхавшийся вид и испачканное платье. Алекс одергивает подол, заправляет за ухо выбившуюся прядь волос, делает реверанс. «А вот и наша малышка!» – она оборачивается на голос, неприятный такой голос, вкрадчивый, с хрипотцой, он не сулит ничего хорошего. Мистеру Уидмору даже где-то идет ярко-красный мелко завитый парик, зубчатая корона и платье с корсетом. Алекс вновь прошивает страхом, будто иглой. Потому что одним из тех мужчин, которых она случайно встретила в джунглях, был он. «Я знаю! – хочет она крикнуть, - Я знаю, что вы сделали, я видела!». Но крик застревает в горле, когда Красная Королева указывает на нее пальцем и произносит – «Отрубить ей голову!». Отрубить голову… В её мозгу словно колотятся крошечные молоточки, вертятся колесики и шестеренки. Там, на траве… Человек с нелепо и неестественно запрокинутой назад головой, а вокруг все красное, очень ярко красное, как парик и платье Красной Королевы. К ней тут же кидается неизвестно откуда взявшаяся стража, слышатся крики, звон разбитой посуды. Все вокруг смешивается в разноцветный водоворот мелькающих ног, обутых в старомодные туфли и сапоги, оборки платьев, полы сюртуков, скатерть с бахромой… Алекс проползает под столом и кидается к выходу, когда чьи-то руки хватают её и тянут в противоположную сторону. Она панически бьется и успокаивается, только услыхав над ухом голос отца – «Тише, тише! Я спрячу тебя!». Вдвоем они ныряют в неприметную дверцу в стене, а потом Бен тянет её за собой, петляя по коридорам королевского замка. Конечно же, это королевский замок, что же еще – стены из голого камня, украшенные гобеленами и гербами, рыцарские доспехи в нишах, канделябры со свечами, старинная, припорошенная пылью посуда. По пути Алекс падает, больно расцарапав левую коленку, её тут же подхватывают, ставят на ноги, и они бегут дальше. Бен вдруг резко останавливается, слепо шарит перед собой ладонями, и Алекс понимает почему – все, впереди тупик. Им некуда бежать, они попались. Сердце колотится от отчаяния и быстрого бега, его стук сливается с топотом бегущих ног. Бен оборачивается лицом к преследователям, задвигая Алекс за спину. Она отступает на шаг, упирается лопатками в холодную стену, глядит на него сквозь наполнившую глаза влагу. Отец всегда казался ей очень большим и сильным, невероятно сильным. Теперь он кажется ей маленьким и беззащитным в своей дурацкой шляпе и сюртуке, узкоплечий, на целую голову ниже затянутых в доспехи стражников и грозной фигуры Красной Королевы. Безумный Шляпник… Она однажды слышала, как про него судачат соседки. Что, мол, странный он, как будто не в себе. Но вот, Бен протягивает руку к канделябру со свечами и тот вдруг превращается длинный сверкающий клинок. Алекс смеется от восторга, размазывая по щекам непросохшие слезы. Теперь она уверена, что все закончится хорошо, что они победят. Бен всегда защитит её. Он защитит…
Она просыпается с мокрыми ресницами, беззвучно смеясь. За окнами светает, а у её кровати горит неизменный ночник. Рядом на тумбочке раскрытая иллюстрированная книга в яркой обложке – Л. Кэррол, «Алиса в Стране чудес». Алекс, осторожно проводит ладонью по гладкой бумаге, будто боясь, что нарисованные персонажи оживут и выпрыгнут наружу. Потом отбрасывает одеяло, спускает босые ноги на пол. Интересно, откуда эта ссадина на левой коленке? Той самой, которую она ушибла в коридорах замка. Об этом она размышляет по дороге в ванную комнату. Дверь в кабинет отца неплотно прикрыта, из-за неё доносятся голоса. Алекс вздрагивает, узнав второй голос. Неприятный, вкрадчивый, с хрипотцой. Который не сулит ничего хорошего.
- …пришлось очень кстати, верно, Чарльз? – голос Бена вибрирует, будто перетянутая струна, - Кристиан исчез бесследно, как раз в тот момент, когда должен был свидетельствовать против твоего помощника, человека, которого ты называешь своей правой рукой.
- Бывают в жизни и совпадения. Не стоит искать везде злой умысел, мой друг. - Уидмор пытается изобразить миролюбивый тон, но получается у него не особенно удачно. – Если бы у тебя были реальные доказательства вины моего человека, я без колебаний предал бы его суду. В ряде вопросов я абсолютно беспристрастен.
- Хочется верить… мой друг. Хочется верить.
Алекс отступает назад с заколотившемся сердцем, на цыпочках бежит в свою комнату и с головой ныряет под одеяло. Папа всегда защитит её. Если она расскажет ему, что видела в джунглях, он непременно защитит её. Не стоит даже сомневаться.
URL
U-mail
Дневник
Профиль
Комментировать
Поделиться
19:44
визитка с рамочкой
Тексттекстекст оооооооо больше текста еще текст много текста больше еще больше мало нужно еще текст текст текст много-много и еще и еще еще текст и еще текст хватит.
код
<div align="center"><a href="*адрес поста*"><a href="http://imageshack.com/f/idYf8xNgj" target=_blank><img src="http://imagizer.imageshack.us/v2/500x400q90/661/Yf8xNg.jpg" border="0"></a></a></div>
код
<div align="center"><a href="*адрес поста*"><a href="http://youpicture.org/?v=2014-10-20_nfrbui56qu0uamixya4g5gniz.jpg" target=_blank><img src="http://youpicture.org/images/2014/10/20/nfrbui56qu0uamixya4g5gniz.jpg"></a></a></div>
код
<div align="center"><a href="*адрес поста*"><a href="http://imageshack.com/f/p1Wk5wWjg" target=_blank><img src="http://imageshack.com/a/img901/7760/Wk5wWj.gif" border="0"></a></a></div>
код
<div align="center"><a href="*адрес поста*"><a href="http://imageshack.com/f/f0MZ7HH8g" target=_blank><img src="http://imageshack.com/a/img540/9363/MZ7HH8.gif" border="0"></a></a></div>
URL
U-mail
Дневник
Профиль
Комментировать
Поделиться
тестер
Miss Oatmeal
МЕНЮ
Авторизация
Запомнить
Зарегистрироваться
Забыли пароль?
Записи
Календарь записей
Темы записей
Все темы
Список заголовков
Главное меню
Все дневники
Главная страница
Каталог сообществ
Случайный дневник
@дневники: изнутри
Техподдержка
Статистика
Наверх
Главная
Случайный дневник
@дневники: изнутри
